Гражданин Окраины. Анна Курочкина

Родина

Я назову любимой Родиной
мой садик с ягодой смородиной
в дне знойном, летнем, раскалённом,
потом в прозрачный свет под клёном
шагну с дождём порой осенней –
всё будет Родина мне! Вне сомнений:
метели – вытерплю,
гроз – пригублю. –
Те Родина – КОГО ЛЮБЛЮ!

Но вот пришли ко мне одни,
сказали – Родина – они,
сказали, веруют в Христа,
держали пальцы в два креста,
мне обещали разных пенок,
назвав свободою застенок. –
Они – не Родина моя!
Они – не ставлю точек! – ругаюсь матом.

Стена с граффити

Отметины, облупленки, зацепы, трещинки,
на след ветхозаветности дня нынешнего чёткость. –
Откуда бы у стен такая чуткость?!
Вот – неразборчивого граффити
(в багет – не станет проще ли?!)
рисунок – мало – формула, вердикт
и росчерк времени. –
Художник не наврёт, не навредит:
кого здесь ранили,
тот знает тайну на стене.
Заштукатурите – ограбите!

Наследие

                Я другой такой страны не знаю,
                где так страшно дышит человек.

Камни этого дома – глыбы.
Над ними запах дыма. Грубы –
каким невесть числом – наструганы,
лицом в грязь, и челом – поруганы
не самые, и самые, и ясно
тому всё палачу:
припал к моему плечу
мордой своей человечьей –
и нб его туже заплечье
написано слово «мясо».

Когда бы уроком всё. – Нет – сглажено.
Опять идти подворотней загаженной.
Оглянись: макушки ударом ровняя,
добавит сволочь под дых:
«Широка страна моя родная!»

Митинг

Вот – улица,
на ней толпа с красивыми транспарантами,
лозунгами в защиту наших от ваших,
оратор брызжет пафосом и слюной.
Толпа – правильная, организованная,
санкционированная,
а лица в ней глупые? – нет:
умные, хитрые лица.

* * *

– Представляешь, сосед ехал на машине, сбил собаку, пришлось бампер менять!
– Какой ужас! А машина сильно дорогая?

* * *

Пусть унылое житьё,
саблезубы и улитки –
не ходи, дитя моё,
по ту сторону улыбки!

* * *

Может, – что за слёзы! –
плакать погодить.
Через эти слёзы
ничто не разглядъть.

* * *

Будет, когда истает
до серого нучи тьма,
развязана мировая
не объявленная тишина.