Париж, Бастилья...

Париж. Бастилья хмурит гранитный лоб.
Пока всё тихо. В церкви спокоен поп,

Король спокоен – вечен, конечно, трон.
Гвардейцам можно дальше считать ворон.

Никто не думал – знаю сегодня я –
Что кто-то мудрый, прямо-таки змея

Отдал приказы – и понеслась толпа
Свергать титана с глиняного столпа.

Безумье! Словно снится кошмарный сон.
Лес рубят – в треске щепок я слышу стон.

Таков закон циничный – переворот
Своё потомство первым потащит в рот,

И нам бы надо помнить всегда процент
Людей, безликих, словно в стене цемент.

Он держит всё – он кровью скрепляет всех,
Терпя забвенье, злобу, ехидный смех.

Спасибо им – познавшим покой глубин,
Ушедшим ввысь по лезвиям гильотин.


Рецензии