Сумрак в Зимнем Дворце сам с собою играет в пятнаш

Сумрак  в  Зимнем  Дворце  сам  с  собою  играет  в  пятнашки.
Свечи  плачут  безмолвно, как  души  погибших  солдат…
Император  лежит  на  спине  в  белоснежной  рубашке.
Все  молчат, не  решаясь  хоть  слово  сказать  и  солгать.

Император  не  спит  и  не  умер  -  задушен  подушкой.
Заговорщики  прячут  глаза  и  глотают  коньяк…
А  наследник  трясётся  в  углу  терпеливо-послушно
и  в  душе  у  него  гулко  бьётся: «Слюнтяй  и  слизняк!»

Император  лежит, отдыхая  от  ужаса  Правды,
и  душа, содрогаясь, сбивает  огарки  свечей…
Шепчет  каждому  в  сердце, прощаясь, последнее: «Раб  ты»,
озирая  безмолвную  свору  своих  палачей.

А  они, захмелев, осмелели  и  пишут  бумагу,
примеряя  камзолы, мундиры, чины, ордена…
Император  накрыт  с  головой  императорским  флагом
и  растёт  между  ними  и  Богом  глухая  стена.

Бог  печально  взирает  на  это  полночное  бденье,
примечая  активных, и  думает: «Сколько  ещё
позволять  им  купаться  в  болоте  таких  наваждений?
Сколько  каждый  из  них  будет  падать, обманут, прельщён?»

…Сумрак  в  Зимнем  Дворце  веселится  чуть  слышно, ехидно.
И, пугая  трусливых  и  подлых, сбивает  с  пути…
А  следов  преступления  в  сумраке  просто не  видно,
только  эхо  гуляет  по  залам: «Прошу – отпусти…»