L puration sauvage

с девственно чистого
алтаря свободы
я тащу душу за ноги
на край эшафота
времен безвремения
декламируя эпитафию
собственного сочинения

кто поджег мое небо
утром чуть раньше рассвета
керосиновый примус горящий
разлил в паралон облаков
и текущим оранжевым маркером
поставил финальную точку
под отчаянно горькой и едкой
последней мечтой
это мой недосказанный очерк
бесполезно сожженых сердец
в магазине отравленных строчек
их пеплом торгуют в развес
я в социальном треугольнике
отнюдь не острый угол
я вне его я обезумел
О-БЕ-ЗУ-МЕЛ

давай я выколю глаза
плевать, давно сошел с ума
а ты потом мне будешь врать
эх, если б было что терять...
пока одни ломают зубы
об удушающий металл
другие красят позолотой
его же и бегут на бал
сигаретного дыма клубы
инвестировав в небо
больную реальность с трудом
разделив на один
и свет уже падает вроде
не так откровенно
но я так же гуляю
один посреди гильотин
пара лишних витков
на моих индуктивных катушках
сотни лишних людей
на лицах которых печаль
рекруты смирно стоят
и заряжены пушки
начался бой
и поручик поднимет пищаль

аккорд финальный,
суицид в конце концерта
толпа ликует,
хлеба зрелищ и травы
и всем насрать на то,
что песня не допета
твои проблемы никому
тут не нужны
там говорят весна,
ромашковое поле
по просекам сирены
гуляют босиком
и вдалеке песок
облизывает море
а солнце в нем лучи
купает голышом

всё, некролог готов,
распахнуты ворота
ну здравствуй zudwa
я иду к тебе на чай
и от меня что-то
останется немного
земля ну здравствуй
и клиента принимай
сегодня я сливаюсь
с вечностью напрасно
а завтра буду
лишь бетонною плитой
и мрачный люд
устроит дикий праздник
король не умер,
ну да здравствует король!