Дети войны. Шестидесятникам

                - Как жить?
                - Вот тебе сколько лет?
                - 23.
                - А мне 21.
                ( Диалог из к/ф "Застава Ильича" )


...война всего безжалостнее к детям,
но и они теми тропами проросли,
через бомбёжки, эвакуацию, гетто
матери их на руках пронесли;

пока отцы оттаптывали мили
к Западу, под орудийный залп,
их дети становились гражданами мира,
пока весь мир между собою воевал

послевоенная разруха. приблатнённая босота:
сверкающие наборной ручкой финки.
дворовые увлеченья спортом.
американские трофейные фильмы.

родительские планшеты. награды. медали.
сложенные самолётиком дореформенные рубли...
и дети чувствовали, что им недодали
немножко свободы, немножко любви.

и смерть Вождя они восприняли спокойно.
хоть плакала Москва, хоть плакал весь Союз:
в Мавзолее был обычненький покойник,
намотавший всех себе на ус;

шестидесятники росли как паранойя
двух сверхдержав, двух лагерей:
и Самиздат учил язык эзоповских паролей,
и грохотал Политехнический музей;

поэзия брала на приступ стадион,
ну а художников давил бульдозер,
и ботинок выступал с трибуны ООН,
тем самым подтверждая "русскую угрозу";

шестидесятники: диссиденты, барды,
мастера эзоповского языка,-
люди искавшие правды,
когда "Правда" была органом ЦК;

шестидесятники. дети красного флага,
менявшие убежденья, подчас и страны:
и не все они вышли в защиту Праги,
и против присутствия наших ребят в Афгане;

шестидесятники, выступавшие в роли истцов,-
их благие намерения страшней вдвойне
тем, что и моё поколение отрекается от отцов
на [какой по счёту?] этой Гражданской войне
                2010г.