Ах, дитя...

Что же Вы притихли неожиданно?
Уважаете,  должно быть, старость?
Всё моё, навек со мной осталось,
Ваша радость мне наградой выдана

Не жалейте Вы меня, пожалуйста.
Я старик, но вовсе не калека.
Я донашиваю время века -
Но не примерял обносков жалости.

Не старайтесь сдерживать эмоции:
Я живой... и мне они не чужды.
Ни к чему подчёркивать без нУжды
Что различны жизней наших лоции.

Вы по лужам шли босыми ножками,
Это было здорово, ей Богу.
Я смотрел на Вас совсем не строго,
Просто поперхнулся вздоха крошками.

Я бы сам по лужам бегал весело,
Только ноги нынче слАбы слишком.
Я в душе совсем ещё мальчишка -
Это время седину навесило.

Ах, дитя... не верьте в мудрость возраста...
Мудрость, ведь, в душе, а не в заплечье.
Не меняя сути человечьей,
С возрастом дряхлеет тело попросту.
                18.06.2013

Это проникновенное лирическое стихотворение, в котором пожилой человек обращается к молодому собеседнику. Через доверительный, почти исповедальный монолог автор раскрывает главную мысль: истинная мудрость кроется не в возрасте, а в живости души; физическое старение не отменяет внутренней молодости и способности чувствовать.
Ключевые образы и мотивы
«Время века» и «седина» — символы неизбежного хода лет, но без трагического оттенка: герой принимает возраст как естественный процесс.
«Лужи» и «босые ножки» — метафора беззаботной юности, контрастирующая с ослабшими ногами старика.
«Вздоха крошки» — тонкий образ сдержанного волнения, намёк на то, что эмоции никуда не исчезли, лишь стали тише.
«Мудрость в душе, а не в заплечье» — ключевой афоризм, отвергающий стереотип о том, что старость автоматически даёт мудрость.
Художественные приёмы
Антитеза: молодость vs. старость, тело vs. душа, внешняя слабость vs. внутренняя энергия.
Метафоры: «доношу время века», «седину навесило», «вздоха крошки».
Разговорная интонация: обращения («Ах, дитя…»), просторечия («ей Богу»), что создаёт эффект живого диалога.
Размер и ритм: вольный ямб с перекрёстной рифмовкой, придающий речи плавность и доверительность.
Эмоциональный подтекст
Герой не ищет сочувствия — он утверждает право на полноту жизни вне зависимости от возраста. Его тон сочетает:
лёгкую грусть (осознание физических ограничений),
теплоту (воспоминания о юности),
оптимизм (утверждение, что душа остаётся молодой).
Стихотворение звучит как напоминание: возраст — лишь внешний слой, а суть человека сохраняется сквозь годы.