Басня. Два брата

Отец, предчувствуя последний час,
Двух сыновей призвал и молвил им с мольбою:
  «Сыны мои! я верю, каждому из вас
Удастся подтвердить своею будущей судьбою,
Что имя доброе он носит неспроста
И неспроста рожден отцом благочестивым,
Что совесть, искренность и доброта
Корысти грешной не уступят никогда
И зло не завладеет сердцем справедливым.

На том простившись с ними, праведник почил.
А сыновья, поплакав, обещали к сроку
Завет тот выполнить, и каждый сам решил,
Какую в будущем избрать себе дорогу.
Сын старший странствовать ушел, покинув дом.
Не занимаясь никаким трудом,
Но, по-монашески всегда одетый строго,
Себя мнил праведным и суесловил много,
К прохожим людям приставал,
Навязывал им веру в Бога,
Молиться истово наказ давал.
Сын младший, старшему ничуть не подражая,
В деревне жить остался и, мужая,
Гончарному учился мастерству.
С утра до ночи, преклонив главу,
Лепил и обжигал, а новую посуду,
Горшки да миски, ковшики и блюда,
Почти задаром людям продавал,
Любил свой труд, в беде не унывал.
За то его и почитали все в округе.
А, так как не имел он деток и супруги,
К себе приваживал частенько детвору
И, с ними заводя веселую игру,
Фигурки глиняные делал на досуге.
В труде и Бога он не забывал,
Молился в меру, и других не призывал
Усердствовать в молитвах до натуги.
И вот судьба дала на склоне дней
Двум нашим братьям встречу, скажем здесь о ней:
Брат старший, странствуя, пришел к родным пенатам
И, в дом войдя, вновь увидал меньшого брата.
Они как прежде обнялись,
Про жизнь рассказывать друг другу принялись.
И старший говорил тщеславно:
«Я прожил жизнь свою исправно.
Молился много каждый день.
И было мне других к молитве призывать не лень.
Скажи, как ты в безверии прожил мой брат?
Не стыдно ли, что пред отцом ты виноват?»
   «Да, правда, я могу сказать немного.
Лишь то, что послужил трудом я Богу.
Ни славы, ни богатства не стяжал,
Любил людей и труд свой обожал.
Да и теперь на много миль отсюда
Во всех домах живет моя посуда.
Игрушкам радуется детвора.
И пусть не вспомнят имя гончара!
Я делу послужил на радость людям.
За то и мне, дай Бог, благословенье будет.
Услышав братнее простое слово,
Себя в душе «монах» наш обвинил,
Что суесловью отдал он душевный пыл.
И перед младшим тут колена преклонил,
Да чтил его отныне как святого.

Служенью Богу мера подобает.
Уйдя в монашество, отрекшись от тревог
Сложней постигнуть, что такое Бог.
Но в добролюбии кто людям помогает
Трудом полезным – служит и в миру,
Покуда жизнь дает добру.

А тот, кто сам не веря в бога толком,
Всё молится весь день и только,
Безверье ставя прочим лишь на вид –
Пусть имя доброе не заслужи;т!