Читая мысли Чаадаева,
Я был когда-то увлечён,
И был то стиль неувядаемый
В них Герцен тоже был влюблён.
И слава зазвучала пушками,
И это был в строках салют
И до сих пор, словами Пушкина,
Народы честь ему дают,
А может быть , он был юродивый,
И жизнь страны предвосхитил,
И в музыке, стране угодною,
Он самодержца осудил,
Судьбе его судьба печальная
И жизнь его определена,
Страницей вескою, журнальною,
Зачитывалась вся страна.
Там были мысли просвещения,
И философский вольный столп
И это было обольщением
И в нём Журнальный Телескоп.
Свидетельство о публикации №113050209975