Детство в Бурмакине

За деревнею лужайка, местом отдыха была.
Молодёжь со всей деревни, здесь расслабиться могла.
Волейболом увлекались, до упада детвора,
не заметив, что смеркалось, что домой идти пора.
И в лапту, тоже играли, быстро время пролетало.
Обо всём здесь забывали, так игра, всех забавляла.
И родители на ужин, звали нас по много раз,
А он был, совсем не нужен, игра важней была в тот час.

По деревне разносились, крики детских голосов.
Часто видеть приходилось, на лужайке стариков.
С лева рос густой олешник, вдоль его дорога - 
шла на Фурсово и Лядище, извиваясь строго.
Ручей справа протекал, уж долгие годы,
тихо, мирно он журчал, неся в реку воды.
Гордотой, звалась река, буйной была, лишь Весной,
полноводна, широка, затопляла всё водой.

Рвались льдины, как снаряды – грохот, шум неслись с реки - 
мосты, клади уносило, шутки были тут плохи!
В остальное время года, мирной Гордота была.
Не искали люди брода, наугад техника шла.
Через речку мостик новый, две жёрдочки, по прямой,
каждый год рубили снова, после розлива весной.
Пенье птиц у тихой речки, жаворонка трели,
растворялись, словно свечки, оседали в меле.

Деревенское кладбище, за оврагом сразу.
Замедляли ход машины – убавляли газу.
Там покоится брат мой, полста лет, как его нет,
погиб юный, в летний зной, в девятнадцать своих лет.
Бабушка, дедуля, крёстный,  брат двоюродный Иван –
поселились, там на веки, на кладбище лежат там.
Ну, а жизнь рекою быстрой, течёт бурно, всё вперёд,
быстрокрылой, вольной птицей летит время, с года в год.