Родная сторонка

Смоленские синие дали, из елей и сосенок бор.
С берёзовой рощицей справа, виднелся ухоженный двор.
Там дом деревянный с резьбою, прохожих сражал наповал,
Там окна резные гурьбою, резьбой своей красили зал.
В прихожей поменьше окошек, у дома дощатый забор.
Шиповника ветки склонялись, неся аромат на весь двор.
Берёзок там ветки висели, склоняясь до самой земли,
колыбельные песенки пели, охраняли покой, как могли.

Сплетаясь, друг с дружкою крепко, шептались до самой зари.
Приходилось там слышать нередко, как пели в тени соловьи.
Кукушки от зноя спасались, слетались гурьбой в их шатёр.
Стучали под музыку дятлы, пернатых гнездился, там рой.
Дорога там змейкой вилась, берёзы по двум сторонам
и множество птиц, там ютилось, в тенёчке, под ветвями – гам!
Воронки с водою там были, раскинулись в ряд, вдоль дороги.
Фашисты в войну там бомбили – вселяли тоску и тревогу.

Липовый парк величаво, красой своей всех удивлял,
липы шумели, бывало и рой, целый пчёлок летал.
Дубовые рощи шумели, с столетним уж сроком дубов.
А птицы там нежно так пели, всю жизнь бы, их слушать готов!
Этой красы не хватало, виной была злая война.
Людей оставалось там мало – уехали, не из добра.
Возле дороги наш дом, стоял, лишь один до конца,
а потом он был  продан на снос –
не признать уж, деревни лица!

Полсотни прошло уже лет, я вижу, на месте, на том -   
на стене наш семейный портрет,кустарник густой, где был дом.
Свою маму отчётливо вижу, на крыльце и в ведре молоко.
Она тихо зовёт, на обед нас, в дом шагает безшумно, легко.