Значит кому-то это нужно

   Дыхание. Вдох…выдох… Вдох. Выдох. Механически, как часы. Стоп. Кажется, я что-то вижу. Я сплю? Или наоборот, просыпаюсь?

   *Кап*

   На коже приземлилась маленькая капелька воды, которая стекала по щетине, прячась в джунглях бородки.

   Что это за место?

   Шаг. Два. Вокруг только деревья, мокрая трава, провисшие пропасти проселочной дороги рядом с серо-коричневым песком отмытого водой участка пляжа и бескрайнее… озеро?
Первый споткнулся и упал ничком в оранжево-серую грязь, неподвижно застыл, пропитываясь песком, водой, глиной…землей? Не имеет значения.

   Странно.

   Он не услышал плеска, не чувствовал холода. Лишь встал и продолжил брести. Над головой, где-то вдалеке, пробивалась солнечная тень, затухая в кристальном вечном тумане.

   Пристань? Откуда… откуда я помню это место?

   Где-то скрипела на воде старая лодка, в которой лежала лампа, больше напоминавшая башенку старинного уличного фонаря.
Туман выплюнул старую-престарую ветряную мельницу, лениво застывшую с раскинутыми потрепанными лапами-лопастями, зияя пастью пыльного и покосившегося дверного проема.

   *Исход*

   Что? Кто это только что прошептал?

   - Исход… - нашептывал Первый себе под нос.

   Внутри было относительно сухо и чисто.

   Что же здесь не так?

   Вдох. В ноздри врывался щекочущий запах свежего спила, тягучий и маслянистый, пряный запах дуба, ясеня, вперемешку с тонкой ноткой хвои, завершившей этюд этого бестелесного оркестра. Симфония сыграна. Осталось лишь эхо.

   - Дыши… - шептал Первый, направляясь к лестнице.

   Так странно… я ни о чем не думаю, даже не знаю, кто я и что такое мое тело шепчет?

   Пролет, еще один. Сквозь пробоины, зияющие пулевыми ранениями на теле мельницы, отчетливо виднелись комья свинцово-серой жижи тумана.

   Наконец-то, кажется, это последний пролет.

   На площадку сквозь пробоину в крыше падал легкий серый отблеск, освещая стул со столом, к которому будто примерзли тарелка из стекла да деревянная чашка с ложкой.
Первый, не спеша поскрипывая досками под ногами, обошел площадку, поднял и надел потрепанный плащ, валяющийся на полу бесформенной кучей и, встав у стула, огляделся.
В дальнем углу площадки несло свою молчаливую вахту старое пыльное зеркало, в котором не отражался ни стол, ни стул, ни сам Первый. Только лестница наверх где-то у него за спиной.
   
   Он медленно зашаркал к матовой глади, чтобы получше разглядеть искаженную прецизионную картину: за гладью пыльного стекла похрапывала буковая лестница с янтарными камнями, залитую вечерним солнцем; у подножья лежал человек.

   Бесполезная штуковина.

   - Дыши… - снова шептал он.
Обернувшись, Первый увидел лестницу, на которой перекатывалось солнечное покрывало, лежащего человека…

   Откуда, если туман?

   Он поднял голову, но за пробоиной увидел все тот же туман, который можно было потрогать. Затем подошел к человеку и начал разворачивать одежды.
Лицо девушки неподвижно смотрело в потолок, пронзая пустыми распахнутыми глазами.

   Пора.

   Он провел тыльной стороной пальцев по ее щеке.

   - Дыши… ведь меня уже оттягивают назад ангельские крылья. Дыши… это все, что остается, пока еще тикают часы. Дыши… дыши моим пресным кислородом, пока не вышел весь. Дыши, чтобы урвать еще один шаг жизни. А мне снова пора… возвращаться назад, - шептал ей на ухо Первый.

   Девушка проморгалась, присела и оглядела площадку: лестница наверх, стол, стул, зеркало. Все на своих местах.

   - Умудрилась же уснуть на полу, - встав, проворчала она и двинулась вверх по лестнице, поскрипывая ступенями.

   Первый неотрывно всматривался в гладь зеркала: сквозь пробоину в стене поблескивала вата тумана.

   Очень странная и бесполезная штука.

   Развернувшись, он подошел к пробоине, сел, свесив ноги вниз, и, нащупав во внутреннем кармане мятую пачку сигарет, закурил, всматриваясь в мерно колышущуюся гладь озера.

   - Я знаю себя. Теперь все встало на свои места, - сказал самому себе Первый улыбаясь.

   Колыбель лодки раскачивалась в такт дыхания.

   Пора.

   Он закрыл глаза и, подняв голову вверх, растворился миллиардом искр.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

   В небе над мокрым от росы полем висело странное кольцо, на котором сидел, свесив ноги, безликий, будто нарисованный пастелью, человек с синим воздушным шариком и смотрел на мельницу. Рядом с ним покойно обитало нечто, напоминающее горстку пепла в шерсти с маленькими фиолетовыми глазками-бусинками.

   - Значит кому-то это нужно, - сделал вслух заключение своим мыслям человек и посмотрел на нечто.

   Переглянувшись, они снова неотрывно вглядывались вниз… на старую мельницу с причалом, где в такт чьему-то дыханию колыхалась на волнах колыбель лодки.