Калигула

Лавровым венцом безумье увенчано. Ave!
Белая тога, кроваво-красный подбой
Ожиданье финала: кинжал или отрава,
Богами дарована власть, лишь смертью – покой.

Свиваются змеями мысли, горька моя чаша,
Венеры звезда разгорается в сини небес,
Пороком ли, прихотью, фатум законом тягчайшим -
Всевластие бога, проказой вселившийся бес.

Червем, извиваясь в пыли, верноподданных стая
Им «Хлеба и зрелищ!» - смотрите же, Ромула псы,
Как бог на закланье сегодня себя выставляет,
В театре безумья шутом маскарадит, глупцы!

Сквозь вашу покорность, медовые тихие речи,
Мне видятся звери, бегущие следом кровавым
И мантии пурпур, багрянцем окутавший плечи
Сулит долю жертвы,  миг близиться скорой расправы.               

Безумья тиски – то мои иль чужие виденья?
Вы шепотом, я – в исступлении сорвавшись до крика
Убийца и зверь коронованный – Ромула племя,
Я лишь отражение ваших желаний, деяний великих.

К закату склонилось светило, плетут нити мойры,
Мне скоро угаснуть, кинжал для закланья отточен,
В лавровом венце, в белой тоге с подбоем кровавым
Навстречу покою, ступаю я к матери-ночи.

3 апреля 2013