НОЧЬ
Ночь подула на ресницы.
На столе – цветы.
Я хочу тебе присниться
Так, как снишься ты.
И боюсь, что ты устало
Встретишь этот сон.
Ничего. Начну сначала.
Я в тебя влюблён.
Спи и слушай... Очень-очень.
Словно зодчий – в храм.
Не отправлены по почте
Сотни телеграмм.
Помещу, пока я точен,
На один листок.
Спи и слушай... Очень-очень.
Как пчела – в цветок.
Мир без слов моих непрочен
Для тебя самой.
Спи и слушай... Очень-очень.
Как никто другой.
Ночь подула на ресницы.
На столе – цветы...
Я хочу тебе присниться
Так, как снишься ты.
1986 г., 1987 г.
Ночь подула на ресницы
© Copyright: Валерий Новоскольцев, 2013
Свидетельство о публикации №113033101199
Свидетельство о публикации №113033101199
Рецензии
Повторим…
——
IC.XС.NIKA
Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна.
Мф. 26:41
-
ПРОСЬБА
-
Боже, не даждь мне предательства сонного,
Немощи тяжкой по немощи бодрого.
Боже мой, Брате мой! Капли кровавые
Капают слезами в землю горшечника,
В землю, взрастившую смертное крестное,
Смерть растерзавшее Древо...
О Господи!
Дай мне помочь понести его.
Творче! Прости... и венец светлый небесный
Сними с головы недостойной,
И даруй страданий духовных, не ранами.
Долг заплатить не смогу, но прошу:
Приими пару монет.
-
М., 1994 г.
-
Virga Virtutis, Аdonai…
-
И ангелу Филадельфийския церкве напиши: тако глаголет Святый Истинный, имеяй ключ Давидов, отверзаяй, и никтоже затворит, затворяяй, и никтоже отверзет.
Се, дах пред Тобою двери отверсты...
Откровение 3:7-8
——
Вы должны были, братья,
Устоять, как стена,
Ибо мёртвых проклятье –
Эта кара страшна.
Александр Твардовский
Мне не нужно победного савана –
Этой свадебной лжи человеческой.
Я вкусила бы красного сахара
С опалённой ладони отеческой.
Марина Сергеева-Новоскольцева
-
ПОСЛЕДНИЙ ПАРАД
-
Над Россией кремлёвские звёзды горят.
Выходите, солдаты, на последний парад!
На священный парад. На Победный.
Разверните знамёна, примкните штыки!
Долг последний – печатные ваши шаги.
И ударит вам колокол медный.
Звук его будет чистым, как имя страны,
Чьи герои когда-то вернулись с войны,
Опалённые и молодые.
Раз в полвека в России особый парад:
В бесконечных шеренгах солдаты стоят,
Здесь и мёртвые, здесь и живые.
Вы пройдёте парадом по горькой земле.
Вся дорога – в цветах, вся Россия – во мгле.
И бездарны правители ваши.
Но последний ваш Маршал ведёт вас туда,
Где сверкает последняя в небе звезда
И победные слышатся марши.
И за вашими спинами солнце встаёт,
И петух, самый первый, вот-вот запоёт,
На полвека всего припозднившись.
На трибунах уже занимают места,
И уходит, под тяжестью страшной Креста,
Век Двадцатый, ни с кем не простившись.
Валерий Новоскольцев
-
ВЕСНА. 1945 г.
-
Твой голос, победа, растерян и тонок.
Ты станешь не скоро святого святей.
На сорок дворов сорок пять похоронок,
Сравнявшие разом отцов и детей.
Хватает упорства ещё и терпенья,
Но скажет угрюмо безногий Демьян:
«Все травы скосила коса до цветенья,
И травы не бросили в землю семян».
Потом он подтянет штаны из поскони,
Покатится в темень хлопот и забот.
А бабам приснятся здоровые кони,
Ведущие борозды за горизонт.
От счастья случайного сердце займётся,
Назад заторопятся стрелки часов...
Но кончится ночь и поднимется солнце,
И сильные кони не выйдут из снов.
И вновь приближается вешняя вспашка,
И бабы впрягаются в плуг тяжело.
Девятое мая. Мужская рубашка
Висит на верёвке – одна на село.
Михаил Анищенко
——
ПОСВЯЩАЮ ДИВЕЕВСКИМ БЛАЖЕННЫМ
-
АЛМАЗ
-
Углём по древу нисходящим,
Стремясь гор`е,
Огнём охватываю бдящих
На Корабле.
Благословенное начало
На Рождество.
В графитной ломке от причала
Не унесло.
Роса, дрожащая в поклоне
Цветка к лицу,
На Богородичной иконе
Родит росу.
Родным Дивеевским просторам
Родная Мать!
Даждь не имеющей покрова
Покровом стать.
Душ потаённые юдоли
Твоей рабе
Росой, дрожащей на иконе,
Носить в себе.
Святыней радуги небесной,
Дождём сквозь свет,
Благословенной Дурой, сестры,
Ходить во след.
Ступать по листьям обнаженным,
В камнях святаго алтаря,
Благоговением блаженным
В огне рождественском горя.
Кричать кровавыми слезами
В пыль на истоптанной земле,
Где Серафимовы скрижали
Сияли тьме.
Отвален камень и отвержен –
В который раз! –
Перетворив графитный стержень
В святый алмаз.
-
М., 2000 г.
——
А-57
-
Stella! La tua fiamma inestinguibile risplende per sempre...
Роберто О.
Могущии, покаряйтеся, яко с нами Бог.
Аще бо паки возможете, паки побеждени будете)
-
Есть вещи, созданные с такой силой нравственного порыва, что даже войны и революции не в состоянии поколебать, извратить сущность этих вещей.
Это Просто Дождь 07.05.2026 23:02 • Заявить о нарушении
——
IC.XС.NIKA
Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна.
Мф. 26:41
-
ПРОСЬБА
-
Боже, не даждь мне предательства сонного,
Немощи тяжкой по немощи бодрого.
Боже мой, Брате мой! Капли кровавые
Капают слезами в землю горшечника,
В землю, взрастившую смертное крестное,
Смерть растерзавшее Древо...
О Господи!
Дай мне помочь понести его.
Творче! Прости... и венец светлый небесный
Сними с головы недостойной,
И даруй страданий духовных, не ранами.
Долг заплатить не смогу, но прошу:
Приими пару монет.
-
М., 1994 г.
-
Virga Virtutis, Аdonai…
-
И ангелу Филадельфийския церкве напиши: тако глаголет Святый Истинный, имеяй ключ Давидов, отверзаяй, и никтоже затворит, затворяяй, и никтоже отверзет.
Се, дах пред Тобою двери отверсты...
Откровение 3:7-8
——
Вы должны были, братья,
Устоять, как стена,
Ибо мёртвых проклятье –
Эта кара страшна.
Александр Твардовский
Мне не нужно победного савана –
Этой свадебной лжи человеческой.
Я вкусила бы красного сахара
С опалённой ладони отеческой.
Марина Сергеева-Новоскольцева
-
ПОСЛЕДНИЙ ПАРАД
-
Над Россией кремлёвские звёзды горят.
Выходите, солдаты, на последний парад!
На священный парад. На Победный.
Разверните знамёна, примкните штыки!
Долг последний – печатные ваши шаги.
И ударит вам колокол медный.
Звук его будет чистым, как имя страны,
Чьи герои когда-то вернулись с войны,
Опалённые и молодые.
Раз в полвека в России особый парад:
В бесконечных шеренгах солдаты стоят,
Здесь и мёртвые, здесь и живые.
Вы пройдёте парадом по горькой земле.
Вся дорога – в цветах, вся Россия – во мгле.
И бездарны правители ваши.
Но последний ваш Маршал ведёт вас туда,
Где сверкает последняя в небе звезда
И победные слышатся марши.
И за вашими спинами солнце встаёт,
И петух, самый первый, вот-вот запоёт,
На полвека всего припозднившись.
На трибунах уже занимают места,
И уходит, под тяжестью страшной Креста,
Век Двадцатый, ни с кем не простившись.
Валерий Новоскольцев
-
ВЕСНА. 1945 г.
-
Твой голос, победа, растерян и тонок.
Ты станешь не скоро святого святей.
На сорок дворов сорок пять похоронок,
Сравнявшие разом отцов и детей.
Хватает упорства ещё и терпенья,
Но скажет угрюмо безногий Демьян:
«Все травы скосила коса до цветенья,
И травы не бросили в землю семян».
Потом он подтянет штаны из поскони,
Покатится в темень хлопот и забот.
А бабам приснятся здоровые кони,
Ведущие борозды за горизонт.
От счастья случайного сердце займётся,
Назад заторопятся стрелки часов...
Но кончится ночь и поднимется солнце,
И сильные кони не выйдут из снов.
И вновь приближается вешняя вспашка,
И бабы впрягаются в плуг тяжело.
Девятое мая. Мужская рубашка
Висит на верёвке – одна на село.
Михаил Анищенко
——
ПОСВЯЩАЮ ДИВЕЕВСКИМ БЛАЖЕННЫМ
-
АЛМАЗ
-
Углём по древу нисходящим,
Стремясь гор`е,
Огнём охватываю бдящих
На Корабле.
Благословенное начало
На Рождество.
В графитной ломке от причала
Не унесло.
Роса, дрожащая в поклоне
Цветка к лицу,
На Богородичной иконе
Родит росу.
Родным Дивеевским просторам
Родная Мать!
Даждь не имеющей покрова
Покровом стать.
Душ потаённые юдоли
Твоей рабе
Росой, дрожащей на иконе,
Носить в себе.
Святыней радуги небесной,
Дождём сквозь свет,
Благословенной Дурой, сестры,
Ходить во след.
Ступать по листьям обнаженным,
В камнях святаго алтаря,
Благоговением блаженным
В огне рождественском горя.
Кричать кровавыми слезами
В пыль на истоптанной земле,
Где Серафимовы скрижали
Сияли тьме.
Отвален камень и отвержен –
В который раз! –
Перетворив графитный стержень
В святый алмаз.
-
М., 2000 г.
——
А-57
-
Stella! La tua fiamma inestinguibile risplende per sempre...
Роберто О.
Могущии, покаряйтеся, яко с нами Бог.
Аще бо паки возможете, паки побеждени будете)
-
Есть вещи, созданные с такой силой нравственного порыва, что даже войны и революции не в состоянии поколебать, извратить сущность этих вещей.
Это Просто Дождь 07.05.2026 23:02 • Заявить о нарушении
А юмор?..
-
Юмор позволяет стать ВЫШЕ всей мерзости и низости наших "ближних"..
Koordinator 07.08.2012 18:49
-
С наступающим, дорогие.
Отвечу в л.
Марина Сергеева-Новоскольцева 08.05.2026 09:48 Заявить о нарушении
-
Юмор позволяет стать ВЫШЕ всей мерзости и низости наших "ближних"..
Koordinator 07.08.2012 18:49
-
С наступающим, дорогие.
Отвечу в л.
Марина Сергеева-Новоскольцева 08.05.2026 09:48 Заявить о нарушении
«НИКОГДА НЕ ЗАБУДЕМ»
–
книга, составленная из рассказов белорусских детей, переживших все ужасы немецкой оккупации и помогавших своим отцам и братьям громить врагов Родины в дни Великой Отечественной войны.
–
изд. 1949 г.
——
ПИОНЕРСКОЕ ЗНАМЯ
-
Мы жили в Добруже, на окраине города.
Когда немцы заняли Добруж, к нам однажды пришла соседка и сказала маме:
– Ты слышала? Немцы разграбили пионерский клуб.
– Скоро они и до нас доберутся, – ответила мама.
До войны я часто ходила в городской пионерский клуб. Как красиво было в нём! На стенах висели картины и плакаты. В отдельной комнате помещались пионерские рисунки, вещи, вышитые пионерским кружком рукоделия. На сцене ставились спектакли, выступала наша самодеятельность. Мне хотелось посмотреть, как выглядит теперь клуб. Одевшись и не сказав ни слова маме, я вышла из дому.
В клубе увидела своих подруг: Аню Скороходову и Соню Слетову. Они тоже пришли посмотреть, что произошло с клубом. Мы разошлись по комнатам. Немцев нигде не было.
В одной комнате я увидела поломанные столы, разбросанные книги, портреты. Вдруг в углу заметила красный свёрток. Подошла к нему, подняла и развернула… Это было наше пионерское знамя, которое висело на сцене клуба. На шёлковом полотнище золотыми буквами было написано: «В борьбе за дело Ленина – Сталина будь готов!» Я прочитала надпись, и сердце моё забилось. Я не хотела, чтобы немцы нашли и издевались над знаменем. Дрожащими руками я быстро свернула его, засунула под жакетку и крепко прижала к груди, чтобы не торчал свёрток.
Пришла домой. Папа и мама сидели на крыльце.
– Где ты была? – спросила у меня мама.
– В пионерском клубе.
– Зачем? – удивилась она. – Что тебе там надо?
– Так, – ответила я и пошла в дом. Не могла же я во дворе говорить про знамя.
Отец и мать вошли за мной в комнату. Я расстегнула жакетку, вынула из-под полы знамя и сказала:
– Вот что я принесла!
Мать развернула свёрток и вскрикнула:
– Зачем ты его принесла? Что мы с ним будем делать?
– Надо спрятать…
– А ты знаешь, что будет, если знамя найдут немцы? Нас всех повесят…
– Если хорошо спрятать, то не найдут, – отозвался отец.
Я попросила маму во что-нибудь завернуть знамя. Она дала старый платок. Я начала заворачивать знамя. Отец не выдержал и сказал:
– Вот какая пора наступила… Своё надо прятать…
– Да и у меня в душе всё кипит, – призналась мама. – Но что сделаешь?.. Спрячем. Когда-нибудь поставим его на место.
Я завернула знамя в платок и спрятала в шкафик, который стоял в углу, за печкой. Прошёл день. Мне не терпелось. Из головы не выходило знамя. Подкараулив, когда дома никого не было, достала свёрток, посмотрела и опять положила на старое место.
С неделю в городе было тихо, и знамя лежало в шкафчике. Потом начались обыски. Я испугалась и спрятала его в старый валенок, а валенок поставила на печку.
Через четыре дня не вытерпела и опять перепрятала. На этот раз завернула знамя в тряпку и положила в печку, в золу, а маму предупредила:
– Печку не топи, там знамя.
Наступила осень. Начались холода. Надо было топить печку. Я спросила у мамы, куда девать знамя. Мама подумала и сказала:
– Надо закопать в землю. И надёжней и спокойнее.
Папа тоже согласился, что так будет лучше.
Было холодное, хмурое утро. Я взяла лопату и пошла в огород. В борозде вырыла ямку и положила в неё знамя. Чтобы оно не испортилось от сырости, обернула его в толь. Ямку засыпала так, что даже близко нельзя было узнать это место.
Папа достал где-то коровью шкуру и хотел выделать её. Но он плохо просолил, и в шкуре завелись черви. Тогда папа закопал её под забором, в огороде. Соседка Шура Исарова, жена полицая, видела это. Она побежала в комендатуру и заявила, что Галафеевы спрятали советское добро. Назавтра явилось шесть немцев с автоматами. Они допытывались у папы, где и что он спрятал. Папа подумал, что спрашивают про знамя, и сказал, что ничего не прятал. Ему не поверили и начали делать обыск. Перерыли всё в доме, но ничего не нашли. Вышли во двор и стали присматриваться, нет ли где свежевскопанной земли. Я очень боялась, чтобы они не пошли на огород. Папа понял, какая опасность угрожает нам всем, если они найдут знамя. Тогда он вспомнил про шкуру и показал, где она закопана. Шкуру откопали… Немцы посмотрели и ушли.
Вскоре настали дожди. Я волновалась, чтобы знамя не погибло. Вечером, когда стемнело, я откопала знамя и принесла в дом. Оно было сухое. У меня отлегло от сердца.
Про то, что я прячу пионерское знамя, кроме нашей семьи, никто не знал. Я даже не сказала своей тёте и подругам. Правда, иногда мне хотелось рассказать девочкам про свой секрет. Но как подумаю, что они могут похвалиться кому-нибудь или проговориться, у меня сразу пропадало желание вспоминать про это.
Я ждала того дня, когда можно будет достать знамя и понести его по улице так, как это было до войны.
Настало лето 1944 года. Люди всё чаще и чаще говорили, что наша армия наступает и скоро займёт Добруж. Через некоторое время стала слышна артиллерийская канонада. Мы бросились в лес. И вот, наконец, по лесу разнеслась радостная весть: «Наши пришли!» Мы вернулись в город. Всюду на улицах были советские бойцы. Я подбежала к ним и спросила, скоро ли кончится война.
– Для тебя война уже кончилась, – ответили они и засмеялись.
Тут я вспомнила про знамя. Очень захотелось показать его всем. Я помчалась домой и сказала об этом папе.
– Подожди немного. Я сделаю древко, – ответил он.
Папа сделал древко, покрасил его красной краской и прикрепил к нему знамя. Я взяла знамя и вместе с папой пошла в райком партии.
«Вот и дождались, когда тебя не надо прятать!» – подумала я.
Люди смотрели и удивлялись, откуда у меня знамя.
В райкоме вошли к секретарю Николаю Степановичу Клюеву. Я первой, папа за мной.
– Что скажете? – спросил товарищ Клюев.
– Принесла пионерское знамя, которое я прятала и берегла всю войну, – ответила я.
Секретарь взял знамя и ласково сказал:
– Спасибо, Маня! Ты настоящая пионерка.
-
Город Добруж
Маня Галафеева, 1932 года рождения
——
…
Это было наше пионерское знамя, которое висело на сцене клуба. На шелковом полотнище золотыми буквами было написано: «В борьбе за дело Ленина – Сталина будь готов!» Я прочитала надпись, и сердце мое забилось. Я не хотела, чтобы немцы нашли и издевались над знаменем…
-
Вот и вы, нелюди, не издевайтесь.
Совет такой.
Валерий Новоскольцев 08.05.2026 13:34 Заявить о нарушении
–
книга, составленная из рассказов белорусских детей, переживших все ужасы немецкой оккупации и помогавших своим отцам и братьям громить врагов Родины в дни Великой Отечественной войны.
–
изд. 1949 г.
——
ПИОНЕРСКОЕ ЗНАМЯ
-
Мы жили в Добруже, на окраине города.
Когда немцы заняли Добруж, к нам однажды пришла соседка и сказала маме:
– Ты слышала? Немцы разграбили пионерский клуб.
– Скоро они и до нас доберутся, – ответила мама.
До войны я часто ходила в городской пионерский клуб. Как красиво было в нём! На стенах висели картины и плакаты. В отдельной комнате помещались пионерские рисунки, вещи, вышитые пионерским кружком рукоделия. На сцене ставились спектакли, выступала наша самодеятельность. Мне хотелось посмотреть, как выглядит теперь клуб. Одевшись и не сказав ни слова маме, я вышла из дому.
В клубе увидела своих подруг: Аню Скороходову и Соню Слетову. Они тоже пришли посмотреть, что произошло с клубом. Мы разошлись по комнатам. Немцев нигде не было.
В одной комнате я увидела поломанные столы, разбросанные книги, портреты. Вдруг в углу заметила красный свёрток. Подошла к нему, подняла и развернула… Это было наше пионерское знамя, которое висело на сцене клуба. На шёлковом полотнище золотыми буквами было написано: «В борьбе за дело Ленина – Сталина будь готов!» Я прочитала надпись, и сердце моё забилось. Я не хотела, чтобы немцы нашли и издевались над знаменем. Дрожащими руками я быстро свернула его, засунула под жакетку и крепко прижала к груди, чтобы не торчал свёрток.
Пришла домой. Папа и мама сидели на крыльце.
– Где ты была? – спросила у меня мама.
– В пионерском клубе.
– Зачем? – удивилась она. – Что тебе там надо?
– Так, – ответила я и пошла в дом. Не могла же я во дворе говорить про знамя.
Отец и мать вошли за мной в комнату. Я расстегнула жакетку, вынула из-под полы знамя и сказала:
– Вот что я принесла!
Мать развернула свёрток и вскрикнула:
– Зачем ты его принесла? Что мы с ним будем делать?
– Надо спрятать…
– А ты знаешь, что будет, если знамя найдут немцы? Нас всех повесят…
– Если хорошо спрятать, то не найдут, – отозвался отец.
Я попросила маму во что-нибудь завернуть знамя. Она дала старый платок. Я начала заворачивать знамя. Отец не выдержал и сказал:
– Вот какая пора наступила… Своё надо прятать…
– Да и у меня в душе всё кипит, – призналась мама. – Но что сделаешь?.. Спрячем. Когда-нибудь поставим его на место.
Я завернула знамя в платок и спрятала в шкафик, который стоял в углу, за печкой. Прошёл день. Мне не терпелось. Из головы не выходило знамя. Подкараулив, когда дома никого не было, достала свёрток, посмотрела и опять положила на старое место.
С неделю в городе было тихо, и знамя лежало в шкафчике. Потом начались обыски. Я испугалась и спрятала его в старый валенок, а валенок поставила на печку.
Через четыре дня не вытерпела и опять перепрятала. На этот раз завернула знамя в тряпку и положила в печку, в золу, а маму предупредила:
– Печку не топи, там знамя.
Наступила осень. Начались холода. Надо было топить печку. Я спросила у мамы, куда девать знамя. Мама подумала и сказала:
– Надо закопать в землю. И надёжней и спокойнее.
Папа тоже согласился, что так будет лучше.
Было холодное, хмурое утро. Я взяла лопату и пошла в огород. В борозде вырыла ямку и положила в неё знамя. Чтобы оно не испортилось от сырости, обернула его в толь. Ямку засыпала так, что даже близко нельзя было узнать это место.
Папа достал где-то коровью шкуру и хотел выделать её. Но он плохо просолил, и в шкуре завелись черви. Тогда папа закопал её под забором, в огороде. Соседка Шура Исарова, жена полицая, видела это. Она побежала в комендатуру и заявила, что Галафеевы спрятали советское добро. Назавтра явилось шесть немцев с автоматами. Они допытывались у папы, где и что он спрятал. Папа подумал, что спрашивают про знамя, и сказал, что ничего не прятал. Ему не поверили и начали делать обыск. Перерыли всё в доме, но ничего не нашли. Вышли во двор и стали присматриваться, нет ли где свежевскопанной земли. Я очень боялась, чтобы они не пошли на огород. Папа понял, какая опасность угрожает нам всем, если они найдут знамя. Тогда он вспомнил про шкуру и показал, где она закопана. Шкуру откопали… Немцы посмотрели и ушли.
Вскоре настали дожди. Я волновалась, чтобы знамя не погибло. Вечером, когда стемнело, я откопала знамя и принесла в дом. Оно было сухое. У меня отлегло от сердца.
Про то, что я прячу пионерское знамя, кроме нашей семьи, никто не знал. Я даже не сказала своей тёте и подругам. Правда, иногда мне хотелось рассказать девочкам про свой секрет. Но как подумаю, что они могут похвалиться кому-нибудь или проговориться, у меня сразу пропадало желание вспоминать про это.
Я ждала того дня, когда можно будет достать знамя и понести его по улице так, как это было до войны.
Настало лето 1944 года. Люди всё чаще и чаще говорили, что наша армия наступает и скоро займёт Добруж. Через некоторое время стала слышна артиллерийская канонада. Мы бросились в лес. И вот, наконец, по лесу разнеслась радостная весть: «Наши пришли!» Мы вернулись в город. Всюду на улицах были советские бойцы. Я подбежала к ним и спросила, скоро ли кончится война.
– Для тебя война уже кончилась, – ответили они и засмеялись.
Тут я вспомнила про знамя. Очень захотелось показать его всем. Я помчалась домой и сказала об этом папе.
– Подожди немного. Я сделаю древко, – ответил он.
Папа сделал древко, покрасил его красной краской и прикрепил к нему знамя. Я взяла знамя и вместе с папой пошла в райком партии.
«Вот и дождались, когда тебя не надо прятать!» – подумала я.
Люди смотрели и удивлялись, откуда у меня знамя.
В райкоме вошли к секретарю Николаю Степановичу Клюеву. Я первой, папа за мной.
– Что скажете? – спросил товарищ Клюев.
– Принесла пионерское знамя, которое я прятала и берегла всю войну, – ответила я.
Секретарь взял знамя и ласково сказал:
– Спасибо, Маня! Ты настоящая пионерка.
-
Город Добруж
Маня Галафеева, 1932 года рождения
——
…
Это было наше пионерское знамя, которое висело на сцене клуба. На шелковом полотнище золотыми буквами было написано: «В борьбе за дело Ленина – Сталина будь готов!» Я прочитала надпись, и сердце мое забилось. Я не хотела, чтобы немцы нашли и издевались над знаменем…
-
Вот и вы, нелюди, не издевайтесь.
Совет такой.
Валерий Новоскольцев 08.05.2026 13:34 Заявить о нарушении
На это произведение написаны 34 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.