***

Ослепительно белоснежный день к концу идет,
На землю опускается осыпанная бисером пелена.
Кто-то в тишине под светом луны бредет,
А она как всегда одна.
За окнами ангел ездит на снежной колеснице...
Она пытается согреться, ей не спится.
Как всегда она сидит у камина,
Наблюдая за игрой огня.
Ей как никому знакома эта картина -
Отдых от суматохи дня.
Она уже привыкла к этой тишине,
Одиночество - ее лучший друг.
И слышен даже шорох во мгле,
Привычен ей этот жизненный круг.
Устав от этой тишины,
Она встает и ппатефон заводит.
Под блеск печалящей ее луны,
Тихонько пританцовывая бродит.
Берет ту старую пластинку,
И пелену времен стряхнув,
Танцует вальс, затем лесгинку,
Потом, чуть-чуть передохнув,
Она становится певицей,
Что голосом своим ласкает слух.
От счастья перехватывает дух.
Фантазия, уставшая от скуки,
Уже нарисовала шумный бал,
И кавалеры там целуют дамам руки.
Прекрастный, светлый зал, там карнавал.
Все очарованы ее лишь красотою,
Цветов поля ее ласкают стан.
Шампанское вокруг течет рекою...
Но вдруг все уплывает за туман.
Но вдруг опять к ней тишина спустилась,
Шипение законченной пластинки.
Биенье бешеного сердца вновь почти остановилось,
В глазах лишь явь обыдееной картинкии...
И все как было стало вновь -
Все тот камин, та тишина,
Ушла и в сон ее любоовь...
И ей так нравилось играть.
И каждый вечер день за днем
Она все патефон заводит.
Лишь ТАМ она все с НИМ вдвоем.
Свою тоску и грусть изводит...