Размышления о хорроре

                "А чего нас бояться?" ( слоган телесериала "Байки из Склепа" )


...я всегда любил ужасы, малобюджетный треш, с фанатизмом, без чувства меры,
из тех, что показывали ближе к полуночи, опосля прайм-тайма:
по НТВ крутили "Байки из склепа", иногда - фильмы Ромеро,
плюс я коллекционировал "страшные" книжки из серии Р.Л.Стайна;

я впитывал всё подряд,- про живых мертвецов, гаитянских вуду,
и не могу сказать, что от кровавых сцен я кошмарами сильно маялся:
не настолько искушён, чтоб отличать Тода Броунинга от Эда Вуда,
я, тем не менее,различал Фредди Крюгера и Майкла Майерса;

все мы этими фильмами были воспитаны, очарованы, вскормлены,-
на пиратских видео-копиях, тайком прокрученных по ночам:
и надо бы выразить благодарность тем же Винсенту Прайсу и Роджеру Корману
за всех легко возбудимых девушек, тянущихся к мужским плечам;

в какой-то мере искусство всегда поощряло наши низменные потребности,
что стало прибыльнее сейчас, когда адреналина так не хватает дома:
даже Вильям Шекспир развлёк нас убийством на почве ревности,
да и в самой Книге Книг пару ангелов чуть было не изнасиловали в Содоме;

жанр хоррора в наше время имеет фан-клубы, причём - немалые,
толпы людей, бредящих зомби или же психами наподобие Джеффри Дамера:
что-то тянется в нас к извращению, деформации и физической аномалии,
чем воспользовался даже Пётр в своей кунсткамере;

нечего тут носы воротить, скрываясь, как кто-то, под маскою отвращения,
дескать, к такому зрителю можно испытывать только жалость:
уверен, что многие женщины прокручивают изнасилование в воображении,
ловя от этого кайф и, в большинстве случаев, возбуждаясь;

мы любим добро с кулаками. путь же непротивления чересчур смешон,
зависть и восхищение быстро сменяют в нас чувство шока:
лучше встретить бензопилой того, кто сунется к нам с мечом,
чем пидорски подставлять ему правую щёку;

Бог был намного круче, если ниспосылал нам кары,
а серией про Его Сына кто-то явно не окупил бюджет:
закономерно, что мы фанатеем от Джейсона или доктора Калигари,
а не толпы их многочисленных и безликих жертв;

тягу к насилию даже литература не обошла вниманием,
чего стоят лишь доктор Джекил и, наводящий ужас, его двойник:
забавно, что мода на монстров была пущена именно из Германии,
в двадцатилетие, разделившее две мировых войны;

пока для богемы, в свете психоанализа, таинства подсознания становились голыми,
массовый зритель искал на экране воплощённые образы предрассудков и суеверий:
так, один за одним, появлялись доктора Франкенштейны, Носферату, Големы,
ибо после войны человечество пребывало в весьма патологической атмосфере;

пока вернувшиеся солдаты нищенствовали и прозябали,
а сменящие их юнцы только будут скандировать "Viva la muerte!",
Фрейд уже не просто пугал нас пиз#ой с зубами,
но всерьёз задумывался о так.наз. "инстинкте-к-смерти";

в сущности, чувство ужаса, которое живописал Пикассо в "Гернике",
существовало задолго до этого,- в опыте колониальных стран:
немудрено, что вопрос того, может ли быть человеком абориген и ниггер,
всерьёз обсуждал такой образец нравственности как Кант;

научный подход грешит спекуляцией, что бесспорно,
и, видимо, не случайны образы, схожие с доктором Моро,
если в 30-е гг. эсэсовцы совокуплялись где-нибудь в Лебенсборне,
а неарийские расы, чуть позже, испытывались голодомором;

во время "холодной войны" детей напугали разросшимся донельзя соседом,
не гнушаясь мифических установок и наспех состряпанных уголовных дел:
неслучайно при маккартизме ( называемом также "охотой на ведьм" )
Америку "захватывали" пришельцы и всякие прочие похитители тел;

также одной из популярных фобий, когда борьба сверхдержав грозила
превратить наш привычный мир в иллюстрацию к Аду Данте,
на землю, подвергшуюся ядерному удару, поспешила вскочить Годзилла,
и масса других нафантазированных мутантов;

ужас, сидящий в нас, чаще всего - бессознателен, инстинктивен,
страх перед неизвестным обращается в миллионы и миллионы долларов:
неудивительно, что в период массового распространения контрацептивов
популярны были "Ребёнок Розмари" или же "Омен" Доннера;

до сих пор евангелисты кричат, что контролировать размножение -
                не у нас во власти,
дескать, никто не давал согласия на аборты и клоны Сверху:
откликом на всё это стал линчевский "Голова-ластик"
и мрачные трансформации в лучших традициях Кроненберга;

успехи пластической хирургии сейчас более чем завидны,
наука продвинулась далеко от времён Дарвина или Менделя:
немудрено, что такие кудесники как Роберт Курцман и Том Савини
зарабатывают на фобиях, унаследованных ещё от Менгеле;

красота более чем загадочна. потому миловидных ведьмочек первыми жгли на костре,
а в Америке цвёл некрофильский культ Джейемса Дина и Бадди Холли:
оборотную сторону красоты символизирует Дориан Грэй
и многообещающие актрисы, свихнувшиеся на алкоголе;

сейчас многие говорят, что кино надо бы ограничить на сцены насилия или секса,
мол, искусство должно воспитывать, быть нашим духовным лекарем:
но во время Великой Депрессии существовал уже Кодекс Хейса,
что отнюдь не связывало руки свирепствовавшим тогда бутлегерам;

наша "звериная сущность" - одна из любимейших ныне идей -
то же что объяснение зла какими-нибудь болезненными микробами:
те же волки только с большой голодухи осмелятся нападать на людей,
в отличие от психопатов, называемых оборотнями и ликантропами;

на деле насилие - лишь бессознательный, завуалированный протест
и настоящий социопат может быть весьма обходительным, мягким, тонким,
плюс агрессия, в ряде случаев, несёт под собой сексуальный подтекст,
как и в случае обезумевшего от любви Кинг-Конга;

массовая культура - лишь отражение духа времени,
что понять цензорам всех эпох вряд ли когда получится:
когда диверсии невозможно было валить на русских, явились "Гремлины",
немудрено, что в волне насилия начали обвинять уже фильмы ужасов;

искусство - лишь калька с действительности, а не освещающий путь маяк,
потому цели всяких цензурных ограничений так и ни разу не удались:
глупо думать, что на почве вестернизации вырастет очередной маньяк,
ибо и на идеологии христианства может проявить себя педофил и фундаменталист;

в наше время только на воспитание переносят фундамент этики,
советуя стать ограниченней, консервативней, бдительней:
но как евгеника и расизм могут взойти на полях генетики,
так и закомплексованный садист вырастет у благопристойных,
                желающих лишь добра, родителей

                2013г.

PS.Я не стал затрагивать темы инициации и ранней дефлорации в современных слэшерах, зачастую связанных с образом так.наз. "final-girl". Всё это прекрасно изложено, на мой взгляд, в "Оборотне" Джона Фоссета (2000г) и особенно в тетралогии "Крик" Уэса Крейвена.