Он играет и рисует, и поёт одновременно...

Он играет и рисует, и поёт одновременно -
воздух в кронах повсеместных,
современный, но надкрестный
воскрешеньем духа жизни,
всё равно в какой отчизне,
что не всуе:
"Аллилуйя!" -
Музам милости Господней
и сегодня,
как вчера,
мановением пера
или кисти,
или ноты,
без зевоты
возглашает
в недрах каждого двора,
Пушкиным воспетой жажды,
в чьём томленьи -
все поэты,
музыканты,
живописцы,
их сердца - любви куранты
и имён бессмертных списки
в их сетчатках -
словно ветки
строк моих
в моих тетрадках,
вяжут кружева
содружеств
мужеств вольных вдохновений,
спицами
явленья в лицах
лучиков всех просветлений
времени - остановиться
не желающего вовсе,
точно так же, как - забыться...

"В гости,
милости Вас просим!" -
шепчут кости
на погосте,
но над шёпотом вторичным -
лир
эфир
сквозь лес крестов - творчеством Творца
струится -
почвой
точной
всех начал
за любою мёртвой точкой...

Строчек искренних росточек
из развёрнутости почек,
ждущего лишь здесь
конца -
откровенья
вдохновенья,
небо знающий листочек...

Это весть -
её качал
в колыбели небосвода
каждый,
кто рассвет встречал
над строкою
стиховою
или нотной,
или рамой
незаконченной картины...

Жизнь кончается не глиной,
а дорогой
главной
самой,
милостью великой Бога
неизбывно-сквозьзабавно-надрасправной -
созидательно-духовною свободой...