Метель в Неаполе

                1

Метель в Неаполе —
ужель наоборот,
с предвзятостью
вороньего крыла,
чуть розовый от холода порог
ее огнем,  как солнцем, запылал?
И пламя, словно пущенный в галоп
библейский конь, чей окрас буйно ал,
заколосилось, всадника волок
другой скакун — из тени, знать: пора.

               
                2

Принцесса до зари
звала: «Юло-о!» —
в ответ лишь ветер ветвями играл.
Да, капитан, тебе не повезло:
стал жертвою Нептуна твой корабль.
Горели где-то свечи, голос глох,
и змейкой по волнам луна текла.
И выгнув спину, точно черный кот,
за ней спешила водной бездны мгла.

                3

Полет во сне —
сонм звезд наперечет,
и ртутью бледно-голубая зыбь
по жилам
вместо крови потечет,
внутри же кто-то
вымолвит: «Изыдь».
И карта полустертая пустот
реальна — до распахнутых огней,
плывя по кромке, замедляя ход,
невольно снова воплотится в ней
корабль-призрак.
Это ль не тоска
безмолвных уст  об участи иной?
От куполов златятся облака.
Воск на полу —
и к выходу спиной
весь в черном — бледный,
стройный
капитан.
А волны  тяжко
ухают
во мгле,
и ветер,
парус
солью пропитав,
даст волю кораблю.
Хоть не вполне
зависит от него
нелегкий путь,
но призракам
стихия нипочем,
и капитан
не позволял задуть
святое пламя Эльма.
Горячо
оно светило среди древних скал,
где плавал он
семь жизней напролет —
любимую далекую искал.
Когда же свет златой на мачту лег
в Неаполе —
вдруг зимняя тоска
ушла совсем.
И  тонкий,
тонкий лед
сребрился,
окаймляя облака.
Надежда есть,
пока принцесса ждет.