Рок

Всему назначен срок - рожденья, созреванья и смертного страданья.
Жизнь человека, как урок для поученья, вразумленья, назиданья,
пусть добрый или злой был рок в людских путях земного мирозданья.

Девица юная созрела для любви,
движением своим умы волнует,
глаза лучистые и губы алтари -
кто избран будет, тот на них пирует.
Два претендента есть, два друга как одно.
Один - избранник сердца нежного без ран,
без тяжести измен тягучей боли.
С другим - благословение родителей дано.
Что делать и как быть? Недопустим обман!
Нельзя ослушаться отца священной воли.
Но поздно - меж друзей зерно вражды взошло,
заполонило мозг их как дурман,
жизнь стала немила в погибельной юдоли.
Собрались старцы знатные все вместе,
постановили: "В избежанье кровной мести,
по горцев кодексу гласящему о чести,
муж выяснится в честном поединке,
а по другому правят пусть поминки.
Чтобы не встретились и глазом на пути,
по разным тропам на гору идти.
Чтоб человечность не спросила: "Как же жить?"
Чтоб память не напомнила о дружеском души движении.
Чтоб разум возопить не мог: "В безумии весь век тужить",
и не мгновенья чтоб на размышление!"

Не отдышавшись, миг не отдохнув -
два человека превратились в груду мышц
налитых яростью звериной, как гроза.
Раздались рёбра больше воздуха вдохнув
и пот полил ручьём с ресниц,
и встретились глаза в глаза.
И месиво пошло, в краю зверей и птиц,
где пропасти, вершины, небеса.
Слепилась пыль от пота с кровью в жижу.
Позиции бойцов всё ниже, ниже, ниже.
Вот наступил истлевших сил предел.
Один со стоном в пропасть полетел,
лишь камни в бездне отозвались тупо
и эхо повторило: "Глупо, глупо, глупо..."
В бессилии лежал другой
в крови и без способности к движенью.
Ночь над горой, стая бредёт своей тропой
на запах крови - повинуясь раздражению.
Покров затишья разорвал звериный вой.
Хищник-вожак оголодавший волк
вонзился пастью, следом всей толпой.
И человеческого сердца стук умолк,
а боль от стиснутых клыков сверлила тупо,
и мысль последняя шептала: "Глупо, глупо, глупо..."

Время тревожно и томительно идёт,
девица ждёт и ждёт, всё ждёт -
ею избранного, любимого, желанного.
Но, утешенья сердце не дождётся.
И тот-второй к ней тоже не придёт.
Девичья мысль как птичка в клетке бьётся.
Инстинкту древнему ей уступить придётся
и третий-первый муж для девушки найдётся,
но счастье для неё навеки оборвётся.