Точка Джи. Глава 4

Глава 4.
Утром мы с удовольствием и лёгким покряхтыванием вспоминали вчерашний день. После футбола болели ноги, после вытаскивания рыбацких сетей – руки, а от безостановочных четырехчасовых улыбок на острове во все сорок четыре зуба – еще и лицевые мышцы. Да-да! Оказывается не так это и легко отвечать широкой искренней улыбкой на улыбку, и так сто пятьдесят тысяч раз…
Но больше всех нас поразил Патрик….
Признаемся: в начале знакомства мы его встретили чуть не в штыки. И не важно, что наш хитрован Патрикеевич сам был в этом виноват. Точнее, виноваты бациллы «гидства» или «турлидерства» (если говорить по-модному), которые зачастую поражают людей его профессии. Действительно, на одного «путешественника» в году гиду достается девятьсот девяносто девять «туристов», интересующихся достопримечательностями страны не больше, чем прошлогодним снегом. Им нужны цацки, шмотки, прикольные сувениры и крутые рестораны. Всё! Достаточно. И гиды очень быстро это понимают. Зато тех, кто зацепил людей, вроде нашего Патрика, за живое, помнят годами. Буквально вчера Патрик рассказал нам несколько забавных и поучительных историй, которые, без сомнения, можно было бы издать отдельным сборником из цикла «Русские на отдыхе».
Первый случай произошел с его клиенткой, молодой супругой одного оче-е-е-ень («очень-очень-очень») известного и высокопоставленного московского политика, которую муж отправил познакомиться со страной, потенциально интересной для бизнеса их семьи. Дамочка оказалась капризной, взбалмошной и крайне невоспитанной. Патрик почти неделю терпел все её фокусы, чуть не спиртовой салфеткой протирал приборы в самых дорогих ресторанах и каждые тридцать секунд переключал кондиционер в машине, пробуя угадать, как и с какой силой тот должен «дуть именно сейчас»… Наконец, его нервы не выдержали. Как-то за ужином, на котором присутствовал деловой партнер мужа дамочки, индонезиец, Патрик заметил, что мадам с ужасом смотрит в рот гостю, который только что аккуратно слизнул с вилки креветку. «А-а-а-а! – завизжала дамочка, - Патрик, смотри! Он съел таракана. Вон и усы торчат изо рта!». Гость, хоть и не понял ничего, но чуть не поперхнулся от визга.
 «Извините, мадам. Но спасти животное я уже не смогу», - чинно ответил Патрик и скорбно поклонился. Барынька, которая до этого только прикидывалась испуганной (она прекрасно видела креветку) и хулиганила по привычке, вдруг неожиданно мгновенно поверила Патрику. Её замутило и… Словом, весь съеденный ей ужин, вместе с фешенебельным видом был оставлен прямо в ресторане. По этой ли, или по какой иной причине сделка политика с индонезийцами не срослась, чем Патрик был страшно горд. Он считал, что правильно проучил вредину.
Зато другого своего гостя, то ли майора, а то ли подполковника подмосковного ОМОН по имени Анатольич, Патрик вспоминает с глубочайшей нежностью. Приехал сей русский богатырь в Индонезию на месяц, и все тридцать дней с Патриком с удовольствием колесил по стране, впитывая впечатления с детской непосредственностью широко распахнутыми глазами. То, что Анатольич не знал ни одного слова на английском, даже «да» и «нет», его не смущало. Он легко завязывал контакты с местным населением, быстро находил себе друзей и всегда пребывал в отличном настроении. Было только одно «но»: после визита на остров Флорес, где почти невозможно купить спиртное, Анатольича страшно мучала жажда. И когда, наконец, они возвратились в Джакарту, где ОМОНовец арендовал на месяц виллу, первым желанием русского гостя было «остограммиться». Патрик попытался вызвать такси, объяснив, что в поздний час в магазинах спиртного уже не купить, да и рестораны закрыты, зато в двух кварталах от виллы есть подпольная лавочка…
- Фигня вопрос! – отрезал Анатольич. – Твоё такси ждать – жилы тянуть. Ты мне на бумажке изобрази, как к этой лавочке пройти. Я и пешком дойду!
Сам Патрик, по понятным причинам, идти не мог. Если бы полиция обнаружила его рядом с подпольной «точкой» он мог бы навсегда лишиться лицензии. Но и отпускать русского гостя было опасно. Район этот имел дурную славу. Да и английским Анатольич, как было сказано, не владел. Но под напором бравого вояки пришлось чертёж изобразить.
Каково же было удивление Патрика, когда минут через сорок русский вернулся в сопровождении трёх типов маргинальной внешности, под завязку груженных спиртным, и владельца лавочки, освещавшего путь всей честной компании большим фонариком.
- Ну, а теперь зови полицию! – хохотнул Анатольич, выгрузив из пакетов бутылки в бар.
Как потом оказалось, наш ОМОНовец быстро нашел нужную торговую точку. Вошел, произнес интернациональное слово «Виски!», изобразил интернациональным же жестом (щелчком по кадыку) требуемый продукт и достал из кошелька толстую пачку ассигнаций. От жажды он даже не заметил, что продавец стоит с белым лицом, а возле него крутятся три отвязных бродяги, с кипой грязных дредов под цветными шапками и нацеленным на продавца пистолетом. Зато бродяги хорошо рассмотрели ассигнации и быстро сориентировались, развернув дуло к Анатольичу. Тот даже икнул от такой наглости. Играючи забрал пистолет, накостылял по шее (легонько, без души), затем связал всех за космы одним мотком веревки и предложил вызвать полицию. (Конечно же, предварительно купив алкоголь). Но вот как раз спиртное при полиции показывать было нельзя. Пришлось переиграть. Бродяг, чтоб не шли порожняком, нагрузили покупками, хозяин, на радостях, согласился быть провожатым. А полицейские, приехавшие чуть позже, на виллу к Анатольичу, были просто счастливы, так как оказалось, что эту банду «Бобов Марли» (так они себя называли) они ловят уже полгода...

Мы пили кофе, вспоминали все эти вчерашние рассказы и с легкой грустью ожидали появления нашего нового приятеля, чтобы попрощаться. Наверное, если бы мы остались в Джакарте еще на несколько дней, мы бы могли сказать, что прощаемся не с приятелем, а с другом…
- Ребята, а как называется та голубоватая рыба, которую мы вчера ели на острове? Сладкая такая? – Аня мечтательно закатила глаза.
- Фиш! – не задумываясь ни на секунду, ответил Петрович.
Инна хрюкнула:
- Дорогой, фиш – это общее название рыбы на английском.
- А вот и нет! У нас в Москве, еще на Таганке, была соседка, Мара Ароновна, которая частенько приглашала родителей к ужину специально на рыбу «фиш».
- Ну, да… Действительно… Хоть и смешно, но у евреев есть такое блюдо – «рыба фиш». Иными словами рыбная рыба… Но с точки зрения лингвистики…
- А я тебе, как лингвист, ответственно заявляю: вчера мы ели фиш!
- Ура! – захохотал довольный Миша Родин. – Теперь у нас в отряде есть прозаик Родин и лингвист Шереметьев.
Теперь смеялись уже все. «Не обилеченными» кличками пока оставались только дамы…

Несмотря на сильнейший ливень сплошным потоком льющийся с небес на землю, наш самолет взмыл в небо в положенное время, взяв курс на столицу острова Бали – город Денпасар.
- Прощай, солнечная Джакарта! – весело и беспечно прощебетала Аня.
- Не прощай, а до свиданья! – поправил её Михаил, памятуя, что нам сюда еще нужно будет вернуться на один день в самом конце экспедиции.
- Патрик классным оказался, правда, ребята? И так прикольно теперь вспоминать его «сердешные» и «изячно», - не приняла серьезного тона приятеля Анечка.
- Дай-то Бог, чтоб на Бали погодка была получше, - зябко поёжилась Инна, глядя на залитый водой иллюминатор.
- Да такой дождь – только в радость! Тёплый, не противный. И жара не так чувствуется, - пробормотал Андрей, натягивая на глаза очки для сна.

В тот момент мы даже не подозревали о том, что этот «славный» дождик вызовет одно из самых мощных наводнений на Яве за последние несколько лет, унесет жизни людей, оставит 120 тысяч человек без крова, затопит улицы от полутора до трёх метров, не пощадит даже Президентский Дворец. Это уже потом, в Джаяпуре, оказавшись случайно у включенного телевизора мы сможем увидеть и оценить весь размах катастрофы, учиненной этими «теплыми», приглушающими жару струями. Трансляции из Джакарты будут идти круглосуточно, в режиме он-лайн, а все силы страны будут брошены на борьбу со стихийным бедствием.
Наверное, как люди с совестью и сердцем, мы бы отменили дальнейший маршрут, чтобы остаться и помочь хоть чем-то… Но, повторим, в минуту отлёта мы ничего не знали и даже не предчувствовали никакой беды.

Через полтора часа самолет приземлился в аэропорту Денпасара. И тоже в дождь.
- Ну что ты будешь делать? – расстроился Михаил. – Все же планы полетят к чертям!
- А какие у нас планы? – поинтересовался Петрович.
- Инна настаивает на каком-то слоновьем санатории. Но я бы, если честно, взял тайм-аут и мотанул на нырялку.
- Вот и глупости! – тут же вмешалась их жена и приятельница. – Нырять можно где угодно. Зато увидеть как выхаживают раненых слоников – только здесь.
- А ты, случаем, не забыла про бешеных слоников? – ласково поинтересовался супруг. – Или, может, ты забыла как мы в Таиланде чуть не попали на бивень к одной такой закапризничавшей слонихе?
-Ну, это же была случайность… Чистой воды совпадение.
- А что произошло? – заинтересовался Михаил.
- Да мы как-то давно, году в 2000-м, наверное, поехали в одну слоновью деревню. Миша Кравченко, кстати, тоже с нами был. Всё чин по чину. Приехали, арендовали на пару часов по слону и отправились в джунгли. Возвращаемся: рёв вокруг, плач, женщины испуганные бегают, от деревни ни следа, все дома, по досточкам разобранные, на земле валяются. А в джунгли ведет огромная просека, словно туда паровоз проехал. Оказалось, пока нас не было взбесилась старая слониха. И весь этот разгром учинила. А поскольку слон умное и хитрое животное, то в бешенстве он старается не просто сбежать от людей, но всячески уничтожить всё живое вокруг: растоптать, догнать, раздавить.
- Что, и жертвы были? – в ужасе прошептала Анюта.
- Говорят, были. И среди жителей и даже среди слонов, точнее, слонят…
- Нет и ещё раз нет! – решительно заявила девушка. – Пусть Инна как хочет, а мы лучше на дайвинг поедем. Правильно?
- Правильно-то оно правильно, но погода…. Сама видишь!

В отель «Кератон» мы добрались, когда уже почти совсем стемнело.
Что-то ёкнуло в груди у Инны и Андрея, когда звучный гонг, висящий при входе, огласил окрестности… Что-то предательски защемило…. Но усталость и проливной дождь сделали своё дело: разбираться в ощущениях было некогда.
Мы быстро разобрали ключи от номеров и разбрелись на ночлег. Правда, как потом выяснилось, неугомонные мужчины потихоньку съездили ночью в ближайший дайвинг-центр и договорились об утренней поездке на красивейший сайт (место для погружений), до которого нужно было добираться пару часов на катере. О своей вылазке они рассказали только Анюте, правильно предположив, что Могилева их самоуправства не одобрит.
Поэтому, когда наступил рассвет следующего дня, в «Кератоне» его встречала одна Инна.
«Вот чудаки, - посмеивалась она. – Провести меня – это утопия! Петрович даже не сообразил, что плавки в рюкзак и крем от солнца ему кто-то должен был положить»…
Ксюша читала в Москве очередное письмо:
«Привет, Ксюнь! Спасибо за поздравления с Рождеством. Мы, если честно, о нем совсем забыли. Даже не поздравили никого…  Но почему ты ничего не рассказываешь о себе? Я волнуюсь, как ты там? Мы прилетели на Бали, завтра решим, точнее, решу оргвопросы и… летим дальше. Тут ливни и грозы. Остановились в том же отеле, где последний раз были с Мишкой Кравченко. Настроение - не очень. Позвонить тебе, наверное, смогу только завтра. Правда, я никак не пойму разницу во времени. Она опять изменилась.
Обнимаю. Пиши, звони. Твоя И.»

(фото от Патрика)