И что за наваждение...

     …  наваждение?...  лезть  под  юбку,  стягивать  трусики,  расстегивать  лифчик…  А 
 что?  Самое  что  ни  есть  мужское.  А  её  собачье  дело  -  после  того,  как  я  её  нежно 
 и  трепетно  раздел  и  всё  у  ней  расцеловал  -  лечь  на  лавку  вниз  лицом.  И  уж  вытя-
 нуться  в  струнку.  И  я  тогда  смогу  не  спеша  связать  её  руки  в  запястьях  и  крепко
 притянуть  их  к  лавке.  То  же  самое  сделать  и  с  её  ногами.  Проделав  эти,  в  общем
 то  несложные  вещи  я,  для  удовлетворения  обоюдного  тщеславия  и  сам  раздеваюсь      
 догола.  Сажусь  на  стул  и  начинаю  её  всю  обхаживать  ремнём.  Бью  не  сильно,  но   
 достаётся  ей,  по  меньшей  мере,  здорово.  Она  начинает  орать.  Но  только  я  не  сбав-
 ляю  порку.  И  прекращаю  пороть  её  тогда,  когда  чувствую:  хватит.  Начинаю  зве-
 реть.  Звери,  кстати,  этим  не  занимаются.  А  если  и  занимаются  -  не  в  промышлен-
 ных  масштабах.  До  людей  им  далеко. 
     Кончив  её  пороть-бить,  быстро  отвязываю  все  узлы.  Она  встаёт  и  как  бы  отряхи-
 вается.  Она  прекрасна,  между  прочим.  Нагая,  без  стеснения,  от  души  выпоротая…
 Сучка  моя  ненаглядная…  Сейчас  она,  моя  милая,  то  же  самое  проделает  со  мной.              Крепко  притянет  к  лавке.  Поцелует  в  задницу.  Убедительно  скажет:  сейчас  я  тебя…
 Возьмёт  изящной,  но  уверенной  рукой  ремень.  Только  что  отгулявший  по  ней  са-
 мой.  И  будет  нагло,  щедро  и  беспощадно  избивать  меня!  Так,  как  это  может  толь-
 ко  женщина  мужчину.  Не  забудьте:  она  и  я  -  нагишом.  Она  не  хрупкого  склада.  И
 только  что  приняла  приличное  истязание  от  меня.  И  вполне,  по  правилам  игры, 
 готова  отомстить!  И  она  это  сделано-сделает.  Не  словом,  а  делом.  То  есть  ремнём!
 Ах!  Вы  ещё  не  видели  как  нагая,  только  что  выпоротая  -  стегает  со  всей  дури  ж
 крепко  связанного  и  примкнутого  задом  кверху  мужика!  Советую  глянуть…  Вся
 блажь  слетит  мигом.  А  это  -  всего  лишь  ролевая  секс-игра.  С  лёгкими  ограниче-
 ниями.  Как  в  боях  без  правил.
     Я  спокойно  сношу  её  экзекуцию.  Хотя  приятного  мало.  Но  взглядываю  на  свою
 фурию.  Как  она  увлечённо  отводит  душу!  Обнажённая  она  -  делающая  столь  Нели-
 цеприятный  втык  своему  козлу  -  это  всё  есть  кое-что.  Она  вся  в  движении  -  вся  и
 вся!  Интересно…  Вы  когда-нибудь  это  видели.  Ах,  нет.  Тогда  пробуйте!  Разденьте
 Вашу  прелесть…  от  и  до!  Сначала  обязательно  её  хорошенько  выпороть  Вам!!!  А 
 затем  уже  она  для  Вас  в  процессе  того,  что  прочитали  чуть  выше  покажет  всё,  на
 что  способна  женщина  в  наготе  и  в  ярости  одновременно.  Не  особо  спрашивая  о
 том  и  к  тому  Вас.  Она  просто  свяжет  и  отхлещет  Вас.  Но  Вы  будете  наслаждать-
 ся!  И  болью.  Какую  -  она  Вам  причинит.  И  её  стремительной  и  подвижно-гневной
 обнажённостью.  Такую  -  Вы  никогда  не  увидите  в  другой  любой  ситуации.  Исклю-
 чено!  Хочу  искренне  добавить:  Вы  её  по-мужски  проучили.  Но  и  она  от  Вас  -  не
 отстала!  Вот  Вам  равенство.  Истинное,  непревзятое. 
      Она  -  отшвырнула  наконец  ремень.  Быстро,  привычно  и  ловко  развязала.  И  мы 
 пошли  с  ней  самозабвенно,  от  всей  страсти  отводить  душу  и  тело  в  сексе!  Точно!!!
      И.  кстати.  С  детьми  она  решительно  поступает  так  же.   Она  ж  не  страдает  ни-
 какими  комплексами  и  извращениями.  Просто  для  них  всё  априори  привычно.  И 
 когда  мать  за  редкий  и  исключительный  проступок  выпорет,  из  лучших  побужде-
 ний,  их  обоих  по  очереди  нагишом,  то  ничего  не  происходит.  Хотя  она  и  их  ста-
 нет  учить  точно  так  же…  раздевшись  догола.  Тем  самым  -  убирая  все  границы
 между  собой  и  ими.  Смотрите:  никакого  стеснения  или  унижающего  превосходства.
 Вы  -  такие  же,  как  я  сама.  Вы  -  мои  дети…  Я  накажу  -  но  не  более!  Поэтому 
 давайте  немедля  ложиться.  Максим.  Не  впервые.  Света,  помоги.  Света,  не  будем  ж
 тянуть.  Он  же  разделся.  Как  и  ты.  Привязывай.  Ну  и  ладно.  Отвязывай  его.  Ло-
 жись.  Напаскудила  -  так  отвечай.  Максим.  Привязывай.  Крепче.  Всё!  Идите.  Отец!!! 
      И,  наконец.  Страх  и  низость  не  присутствуют  ни  у  кого  из  нас.  Получил  своё  -
 ладно.  И  помните  две  вещи.  Бить  может  только  нагой  нагого.  И  видеть  это  -  то-
  же.  И  второе  Восстание  декабристов  -  устроили  непоротые  дети  непоротых  родите-
 лей…  И  17-ый  год  -  точно  такая  же  прерогатива.  Людей  не  знающих  минимума  от   
 физической  боли  и  не  способных  в  силу  этого  элементарно  отвечать  за  свои  Дей-
 ствия.
     Так  то…

Благодарю  за  прочтение  М. Кузьмин