А весен все меньше уже впереди...

А весен все меньше уже впереди...
Все меньше и меньше Надежды и Веры.
Привыкну одна быть, того и гляди.
Но точно не стану стареющей стервой.

Но точно смеяться я не разучусь,
пусть даже от боли кричать будет сердце,
пусть будут со мной только холод и грусть,
я повод найду для себя, отогреться.

Открою окошко, приникну к карнизу
и вспомню, как в детстве мечтала летать,
ведь, в небе все то, что огромное снизу,
имеет способность малю-ю-ю-ю-сеньким стать.

Включу "Саксафон" и почувствую крылья,
ах, как упоительна музыка эта!
И вот, я уже без большого усилья,
лечу за своими мечтами по свету!

И вот я уже на морском побережье.
...И Он... Жаль, что мне не семнадцать.
Я б вся облачилась в одежды Надежды.
Я  б в Веры наряды могла наряжаться!

А грезы, как розы - красивы, но вянут.
А грезы  - песок и сыпучий и зыбкий.
... А я бы с Ним точно крутила романы!
Какие глаза! А какая улыбка!

Я фото его берегу, хоть и знаю,
что весен все меньше уже впереди.
Надежду теряю и Веру теряю.
Привыкну одна быть того и гляди.

...Ах,  юность! Казалось, не кончится вечно
и повода не было нам торопиться:
сияли как звезды, мерцали как свечи,
встречали  не души, а лица.  Лишь лица.

Встречали не души, а тело, одежды,
слова, уносимые ветром куда-то.
Толкались и шли, но не к цели, а между,
как будто зомбированные солдаты.




Теряли друзей. Время раны лечило.
Сейчас бы, наверно, все было иначе,
ведь,  жизнь научила?! Меня научила:
однажды лишь главное в ней обозначить.

А встреча двух душ так и не состоялась:
пока я искала, пока я грешила,
пока я ждала и чего-то боялась,
пока не решалась, пока не спешила...

И ангелы, видно, махнули рукою,
а может у них не хватило терпенья?
И рядом со мной был не Он, а другой...
И мир погрузился надолго в затменье.

Мне сердце кричало, мне сны намекали
пока в голове моей не прояснилось.
А годы сквозь пальцы водой утекали,
как будто я в чью-то попала немилость.

А весен все меньше ждало впереди...
Все меньше и меньше Надежды и Веры.
Суди не суди, и ряди не ряди,
но яркий мир лучше, чем мрачный и серый.

И сил набираясь, я снова взлетела!
Эх, мне б все сначала! Да жаль не возможно.
... И вот, я Его среди всех разглядела:
душой поняла, каждой клеточкой кожи.

Но мне не семнадцать, не двадцать, не тридцать.
Я сердцем "заочно" к нему прирастаю
и думаю: жалко, что люди не птицы,
и жалко в сто крат, что они не летают.

- Эх, если б, да кабы! На то вы и бабы! -
Наверное, кто-то меж делом заметит.
Я, вроде бы, сильная - сделалась слабой
от мысли, что Он меня даже не встретит.

Что Он меня даже не видел, не знает...
... В глазах его - сливах читаю построчно:
Тоску, одиночество… И понимаю,
Он так же как, я кем-то грезит «заочно».

Он тоже не встретил души ему близкой.
Успешный в делах, а по жизни – ничей.
Сполна наделенный Божественной искрой –
Сгорает один среди тысяч свечей…

Ничей. А ведь весен все меньше и меньше.
Как мало у нас их, увы,  впереди.
Он тоже искал ту одну среди женщин.
Он тоже искал. Только не находил…

…Я фото его берегу. И, конечно,
От жизни особых не жду перемен.
Мне верится слабо, что мир этот грешный
Готовит мне встречу, потерям взамен.

Ни в случай, ни в чудо я больше не верю,
Ну, разве лишь где-то, в глубинах души
За  маленькой-маленькой  тайною дверью,
Остаток растраченной Веры лежит.

Который мне сильною быть помогает.
Который и душу мне греет, наверно,
Хранит меня, лечит и оберегает.
…Я точно не стану стареющей стервой.

И  точно смеяться я не разучусь,
пусть даже от боли кричать будет сердце,
пусть будут со мной только холод и грусть,
я повод найду для себя, отогреться.

Да,  грезы, как розы – красивы и вянут.
Я все же пойду им подчас на уступки -
Пусть это нелепо и пусть это странно,
И пусть этот мир иллюзорный и хрупкий…

Не глупая я, понимаю и знаю,
что весен все меньше уже впереди.
Я просто Надежду и Веру теряю.
Привыкну одна быть того и гляди.

07-08.12.12