Бронепоезд 4

Выпавший снег, как души очищенье.
Смерть с Искуплением вновь неразлучны.
Ангелы - в небе, над горсточкой пленных.
"Прочь! Улетайте!" - он шепчет беззвучно.

"С криком "За Родину!" прыгать под танки?
С криком "За Сталина!" падать на дзоты?
Пашка Корчагин и факельщик Данко -
Рабское племя слепых идиотов!

Родина там, где уютно и сладко,
В тёплой и чистой постели, с молодкой.
Душу б щас отдал за чай с шоколадкой!
За папиросочку с рюмочкой водки!

На хрен мне щас капитанское званье?
Гражданским в тылу б отъедал зад мясистый!
Падлы, на фронт, за каким-то, призвали!
Благо, не взяли меня в коммунисты.

Нет, офицеры, в плену, не элита.
Здесь званье, скорее, сродни приговору.
Шлёпнули, вон, дурака-замполита,
За партбилет и за званье майора."

Фриц-лейтенантик, мальчишка безусый:
- Кто коммунистэн, йэврээн, циганэн? -
Вновь повторяет, на ломаном русском:
- Кто-то стэсь хотчэт сотрютник тчеланне?

"Энто мой шанс!"
- Коммунист, вон, с евреем;
Ксивы свои, видно, в снег затоптали!
Злобные псы! Ядовитые змеи!
Вы б без меня их ни в жисть не сыскали!

Гер офицер, Вы меня пощадите?
Пятки лизать буду, псом-полицаем!
Herr Offizier, mein Engel Sie! Bitte!
- Gut. - срыгнул немец и сплюнул в снег:
- Schwein!