Товарищ уезжает за границу

Всё за столом торжественно и чинно.
Товарищ уезжает за границу,
а мы приглашены, чтобы проститься,
чтобы поесть, попить, повеселиться.
Наш друг так важен, серьёзен и солиден,
и даже не пытается напиться.
Он будет самый первый из колхоза
после войны, кто пересек границу.

В районе лучший комбайнер,
участник битв за урожай.
Билет в далекий Шарм-эль-Шейх
колхоз вручил ему — езжай.

Мы, как в пословице, ему со всех по нитке,
его неделю собирали за границу.
И вот сидит он, словно царь на именинах,
а что тут скажешь — большая птица.
Пиджак с отливом, синие «Мальвины»,
мы сделаем всё, чтоб им гордиться.
Кроссовки «Адик» с белыми носками —
ему не стыдно будет за границей.

С утра на пляже будет он
в волну нырять и загорать,
а к вечеру уже начнет
халявный виски их бухать.

А праздник набирал всё обороты,
веселье вдруг окуталось тоской,
и вдруг из бабок кто-то загорланил:
«А на кого ж нас покидаешь, золотой?»
Сентябрьский вечер плавился, как свечка,
столовка замерла, лишь кто-то всё икал,
и я для друга — ну не зря ж тащил гитару —
сыграл и спел «Владимирский централ».

Оковы словно разорвав,
как будто дёрнув за стоп-кран,
в себя закинул двести грамм
мой друг, районный премиант.

И ночь зажмурилась от нашего веселья.
И были танцы, драка и менты.
Короче — праздник стал похож на все другие,
которые бывают на Руси.
И не беда, что как-то позабылось,
что мы приглашены, чтобы проститься.
Товарищ уезжает за границу —
как не напиться, как не напиться?