Восьмая линия. Осколок 9

История! Смотрю в твои бойницы
Инна Кашежева

Как говорили древние, пустынна Лысая гора
Что ищет в этой пустоте озябшая душа?
Бедняжка спотыкается, волнуется, кому-то улыбается,
и тут же возмущается,
она одна!
Пугает ночь, та самая, которая тиха
Страшна луна, страшна гора, еще страшнее тишина
Прелестные луга, зеленые леса, пушистые снега
Оставьте эти бранные слова
Плешивую макушку обняли и обжили ветра
Их наглый смех перевернул, перекроил слова
На месте темноты – жующие кроты
На месте теплоты – коробочка норы
А далее, на месте крова и трубы – дыра...
Дерзай душа, тебе осталось ровно три шажка

Толчок, еще, и вот она, стена, к ногам ползет заветная черта
Над головой царит рассветная звезда,
Другая, падшая, валяется у ног
Ее корону мнет клинок
Приют опасно молчалив, не то скорбит, не то грустит,
А то вовсе обнаглел, нахально затворился, и храпит
Уютный двор не слишком ясно освещен
На редких пятнышках окон
Белесые дымки, на плитках тротуаров черные жуки, и ни одной души
Повсюду только тишина, она пуста, и тем она страшна

На необъятном небе ни клочка,
У стен обители, ты не поверишь мне, ни ветерка
В воронке бывшего ручья
Теперь усадьба старого крота, он все перекопал, перепахал
Отважный воин, этот маленький капрал
На дне построил местный Колизей
Добычу славную, червей
сложил горой, сидит, что половецкий хан
Смирись, душа, с реальностью вещей
В покинутой обители, большой, пирует хам

На лысине Горы коробится и крутится песок
В теснину с тихим шорохом сползает, исчезает городок
Волна, весло,
вселенское стило
рисует корни, палочки стволов, остатки рыжих крон
Изображает парапет
ведет по плиткам мокрый след
На серой плитке пятнышко – последний почтальон…
Не страшно ходокам, что вечный город разорен
Но страшно то, что "город духа" языка лишен
…
Над плоскостью песка колышется лесок, к нему выходит тихий городок
А в самом центре к небу возвращается убогий теремок
Клубок,
Свисток, дрожащее стило малюет бледный коробок
На серой плоскости рассыпано пятно – парадный батальон...
Не страшно нам, что вечный град листом болотным заменен
Но страшно то, что этот плоский город духом обделен
…
История! На звонницы твои смотрю
Смотрю в твои темницы
И вижу бешеные колесницы