Шуршат окравленные руки
по черной шёлковой главе,
и третий глаз за веком синим
спит и заклеен, и во век
не разбудить его движенья.
Какая радость для того,
что есть в сознаньи, в душном теле
и слабо теплится! Оно
так мало, солнечно, но дурно.
Оно сорится в перерез
нежному бархату закатов,
жалкому бьению сердец.
А через веру "сам в себя"
покорно строится движенье
его же малого сердца,
его же жуткого напевья.
Шуршат окравленные руки...
© Copyright: Мэри Улыбнулась Тебе, 2012
Свидетельство о публикации №112120706304
Свидетельство о публикации №112120706304
Рецензии
