Я был на кладбище. Был в городе чужом...

Я был на кладбище. Был в городе чужом,
Где у меня ни близких, ни знакомых;
Случайно я забрёл сюда. Потом
Казалось мне: я всё-таки был дома!

Какой-то странный и ушедший сон:
Богатые и бедные надгробья
И где уже не прочитать имён,
Смотрели на меня, как исподлобья.

И каждая плита, и каждый крест
Взывали к сердцу, требуя вниманья…
Да! Каждый крест – ко мне воздетый жест! –
Как будто годы ждал со мной свиданья!

В последней ласке тёмного плюща
Лицо смотрело девушки с надгробья –
По образу его, всю жизнь ища,
Нельзя найти той красоте подобье!

И мне казалось: мёртвые глядят
Мне прямо в душу, жадно и угрюмо…
На кладбище, где странный аромат
Мне проникал с крестов прогнивших в думы.

И я бежал от вечного покоя,
Где тишина и лишь тоска окрест…
И на пути моём вдруг, под ногою,
Поваленный мне повстречался крест...

Какое-то неясное страданье
Пронзило болью мозг и сердце мне,
И донеслось до слуха: «До свиданья!»
Отчётливо, в звенящей тишине.