О юношеском максимализме
как стремление плевать в душу, кого-нибудь до смерти оскорбить:
никогда не был этаким, избалованным мамой, самодовольным барчонком,
презирающим патриархальный уклад и мещанский быт;
идеал юности - праздный гуляка, философствующий лежебока,
утверждающий "мир-дерьмо", а у меня, мол, над репой нимб:
я не верю в Богочеловека, равно как в человекобога,
я стараюсь понять людей и по-человечески относиться к ним;
подросток - не совсем ещё личность, не в полной мере - социальная единица,
нигилизм юности - не убеждение а, скорее, - поза:
я не безродный космополит и понимаю что нации нужно единство,
что нужно благо дарить другим, а не извлекать из них слепо пользу;
подросток привык, что его любят, привык получать всё, чего только захочется,
воспринимая жизнь как череду удовольствий и непрекращающихся застолий:
и я знаю, что для некоторых из них это всё хорошо не кончится,
ибо уже умирали те, с кем я покуривал план за школой;
юношеский максимализм - не плох, означая, что у нас ещё есть идеалы,
что образ "мамоны" не прижился в менталитете этой бедовой страны:
я видел много хорощих людей, плохих видел - очень мало,
и, думаю, прежде в себе надо искать симптомы, которые следует устранить;
формирование характера неизбежно приводит к тому, чтоб смириться
с тем, что жизнь - не совершенна, что люди - не идеальны:
ты не изменишь мир, выступая на демонстрациях и дерясь с милицией,
но только воспитывая себя - нравственно и интеллектуально
2012г.
Свидетельство о публикации №112120609912