Покаяние

          Всегда робели мои руки,
          Когда, оставив крест поруки,
          Вновь погружался ради скуки
     Я в книг бескрайние миры.
          Осилив толстые страницы,
          Я вёл теорий вереницы
          От малой родины к столице
В расцвет пытливой юности поры...

          Я потешал свой ум изрядно,
          Внимал ученьям новым жадно,
          И вскоре начал так же складно
     Свои задумки излагать.
          Но нравы ханжеской эпохи
          Внушали мне, что в суматохе
          Житейской сочиненья плохи,
И громкой славы будет не снискать.

          Я обошёл с десяток баров,
          Контор и рыночных бульваров,
          И слушал гул ночных вокзалов,
     Чтоб только выведать одно:
          Почто же не мила народу
          Речей изящная порода,
          А пустозвонству про погоду
Всегда вернее сбыться суждено?

          Не мне о каждом человеке
          Судить, сомкнув от истин веки,
          Но свой ответ в библиотеке –
     Под сенью знаний – я обрёл.
          В толпе же было безрассудно
          За ним пускаться, и в безлюдных
          Местах вернуться поминутно
Желаю вновь теперь за книжный стол!



Repentance

          My hands were always shy,
          When, leaving burden of bail,
          I'm sinking again in boredom
     In endless fantasmal worlds of books.
          Having studied thick pages,
          I'd stray raw of theories
          From homeland to capital
In heyday of inquisitive youth time...

          I amused my mind pretty much,
          Listening new teachings eagerly,
          And soon began just as well
     Express all my current bold ideas.
          But mores of a prudish epoch
          Instilled in me, that in turmoil
          Creative writings are bad,
And loud glory won't be ever obtained.

          I walked around a dozen bars,
          Bureaus and market boulevards,
          And listened night stations hum,
     Just to find out only one thing:
          Why is so rejective to people
          A graceful breed of speech,
          And a verbiage about weather
Is always more pleasant to take place?

          I can't judge about everyone,
          Closing eyelids from facts,
          But suddenly my answer in library –
     Under shadow of knowledge – was found.
          In a crowd it could be reckless
          To ponder this, and in deserted
          Places I always wish to return
Once again to my table with wise books!