Русская душа

Как душу русскую так в крайности бросает,
Что к ней покой в друзья не метил никогда,
А на алтарь её смиренного стыда
Цветы страстей исправно пылкость возлагает?

Как занялась в ней, утряслась и отразилась
Невыразимая вне прочих жизнь краёв
(Чей сколь разгулен будет нрав, столь и суров),
И скорбной тьмой над естеством её сгустилась?

Как ей, безбоязной, бездонной и безмерной,
Любая блажь вдруг представляется порой –
Любовь, и гнев, и торг, и пир, и правый бой –
Подобьем присказки шутливо-суеверной?

Как проницательным познать её рассудком
Иль чутким нравом безвозвратно покорить?
Как хоть на миг позыв мятежный заглушить
В её неистовстве, подчас смурном и жутком?

Как битву вечную нетленных двух предтечей –
Свободы с правдой – завершить внутри неё,
Не уронив ни в чём достоинство своё,
И только пламенные жаловать ей речи?

Как подобрать заветный ключ к мудрёной дверце
С её секретом? Только ль братская душа
Тот отомкнуть замок способна не спеша,
Оставшись вечною загадкой иноверца?



Russian soul

How Russian soul rushes to various extremes,
Where it never thought of peace as friendly feel,
And how to the spirit altar of its humbled shame
Does ardor perennially lay flowers of passion?

How took up in it, settled down and reflected
A life, inexpressible outside wide Russian shores
(Whose disposition is both unbridled and severe),
With sorrowful darkness, that thickened over it?

How to it, fearless, spread and immeasurable,
Either whim suddenly perceives sometimes –
Love, anger, bargaining, feast and fair fight –
Like nothing more but ironic prejudice quiddity?

How comprehend it with big insightful mind,
Or irrevocably conquer with sensitive nature?
How to drown out wild urge even for a moment
In its fury, occasionally so befuddle and eerie?

How to complete inside it an eternal battle
Of two forerunners – freedom with verity –
Without dropping own dignity in anything,
And grant to it only solemn fiery speeches?

How to choose a coveted key to tricky door
Of its comprehension? Is only brotherly soul
Could open that secret lock without a haste,
Remaining eternal mystery to the unrighteous?