Адский яд

Я гуттаперчивость хребта
Порою гнул беде в угоду,
Или под тяжестью креста,
Как буква Г, терпел невзгоду.

Судьбу не сложно засорить
Словами, полными амбиций.
Не надо много говорить,
А нужно молча поклониться.

Кому? Всевышнему! Ведь Он –
В тебе, во мне, в другом… Он – всюду!
Но каждый суетный поклон
Смешит и радует Иуду.

Нет, я Ему не поклонюсь.
Лишь за урок съязвлю – спасибо!
И поцелую в губы грусть,
Но без изящного прогиба.

Гордыня? Нет, лишь вертикаль –
Стремиться к солнцу, а не в яму.
Чтобы за далью видеть даль,
Необходимо – только прямо.

Прости… Я много говорю,
В людской забравшись муравейник.
Прошляпил сроки к алтарю,
Нагнувшись к шляпе, где нет денег.

И потому никто в толпе
Не встал, не бросил грошик в шляпу,
Что я радел лишь о себе,
А не за маму и за папу.

Не ведал, как они живут,
От плевел отделяют зёрна,
Солёный труд крестьянят в пуд
И на износ вращают жёрнов.

Теперь, когда родимых нет,
Хочу достать зубами локоть,
Но гуттаперчивый хребет
Не принимает позу рога.

А жаль! Так хочется порой
Скрутить хребтину в жуткий узел,
Чтоб вылез гроздью геморрой
И жизнь собою оконфузил.

Такой вот – правильный закат
Вместо желаемого Ада…
А мне сегодня адский яд –
Целебней втрое райских ягод.