Жажду безропотно с рук твоих яд
Путы рву, выворачиваю сухожилия.
Ты читаешь мне вводную: «Я – твоя…».
Я зверем в капкане вою в бессилии.
От агоний – в пружину, в запой ухожу,
Просыпаюсь в постели потёртой шлюхи.
Ты прощаешь за то, что прошёл по ножу,
И мстишь, применяя садистские трюки,
Не давая ни водки, ни тела, ни зла.
Ждёшь, пока глаза мои скроет плёнка.
А после, раздетая донага,
Жаждешь сделать со мной ребёнка.
Выводишь из комы (палата – шесть)
Острым, холодным блестящим предметом.
Дальше – это порно немецкое – жесть –
И что-то ещё с водкой и тёплым абсентом.
Руки в наручники – я имплантирован.
Приступы боли от темечка до урины.
Корчусь – оттрахан, отмастурбирован
С привкусом похоти и героина.
Слизываешь с царапин красные тела,
Сплёвывая в пол тёплую густую сперму.
В сотый раз рассказываешь, как дала
первый раз в жизни молоденькому интерну,
Как он разбудил в тебе гены зла
На столе под софитами операционной.
Я слушаю и вижу, как метко игла
Вводит дозу в твои вены бездонные.
Снова губы твои липнут шрамами к спине,
Рву на флаги зубами простыни - мне б повеситься.
Хлещешь плетью настойчиво: «…Лишь ко мне…
Потерпи, милый, ещё девять месяцев».
ноябрь 2012
фото из инета
Свидетельство о публикации №112111107932
За это - большой плюс.
Вероника Лукашёнок 10.09.2013 02:12 Заявить о нарушении
Спасибо.
Вадим Тихий 10.09.2013 04:57 Заявить о нарушении
Насчёт надушенного платка: есть вариант, что когда пишешь среди своих для своего круга - а этот круг 24 часа в сутки смотрит открытыми глазами на жёсткую правду, не требуется творчеством глаза ему на что-то такое открывать - то есть смысл смягчать текст. На кой чёрт своим ещё текстом добавлять кошмара в ежедневную жизнь? Чем не пришёлся надушенный платок? Духи в мире общеприняты и используются, а платок - так это вообще стандартное средство гигиены.
Это другое дело, когда Гитлер пишет для буржуазии, которая приличные свои надушенные разговоры разговаривает, а страна подыхает при этом в страшных муках - тогда он пишет жёстко...
-Тогда он, может быть, пытается дорваться до мозга читателя, на своём тексте показывая, какую бредятину буржуазия читает в ежедневной своей периодике - жёстко показывая, гротескно. Но, и что же он получает? Он получает то, что его текст становится не гротескной демонстрацией того, что буржуазия читает в этой своей периодике, и не подвигает читателя как-то эту периодику фильтровать, что ли, или другую, свою издавать начать. Он получает восторг населения и тот факт, что его текст становится абсолютно не критично принятым Евангелием поколения. Что же ещё он мог бы сделать в этой ситуации? - Мне нечего было бы ему посоветовать.
Агата Кристи Ак 24.11.2013 15:22 Заявить о нарушении