Львов. Лычакивське кладбище

Эти кресты прорастали столетия,
Путались даты, веры и нации,
Стали могилы похожи на ветви
Сосен, вознесшихся метров на двадцать.
Статуй застывших одухотворенность
Проникновенней живого движенья,
Как будто бы скорбь - это влюбленность
В окаменевшее отображение.
Здесь Дантовский дух и страстность Родена
Воссоздали в камне звук Саломеи,
Здесь спорит Речь Посполитая с Веной
О том, кому город Лева милее.
И чопорность аристократии склепов
Совсем не тревожат холопские морды,
Лишь монументов последних нелепость
Воспринимается чуть старомодно.
В замысле этого успокоения
Наверное, ничего не упущено
Для сообщения поколений,
Живущих в камне, с просто живущими.
И обретение жизни в граните
С надписью, высеченной у основания,
Кажется, лучше и удивительней,
Чем даже земное существование.
И именно здесь, наслаждаясь печалью,
Мы с неизбежным себя соотносим,
И, находясь в недолгом молчанье,
Бывает, о чем-то у Бога попросим.