западный поздний диван. эпилоги

ЭПИЛОГИ



1. скользнув под нити голубые 
   небесной пряжи,
   под облаками, белыми как время,
 как пена накативших на берег мой соленых волн,
 кого, кого я посадил бы рядом,
 любоваться вечной жизнью рядом
 со смертью, что влезает в позвоночник
 и под лопатками ее гнездовье.



2. легко и просто видеть очертанья другого мира,
где, умирая, сорванная вишня течет меж пальцев,
сок ее исчезнет,
если закрыть глаза и  на ресницах
оставить соловьев, певших год назад
в вишневых этих закоулках.

3. сомневаться не приходится:
   мы втянуты, нам умирать на перекрестках,
   где дома наши мельчают, уходят в землю,
   близоруко поблескивая стеклами.
   и если ты стоишь спиною к дому,
   а на асфальте рисуешь иную карту
   в масштабе странном,- привкус
   горький, горький привкус и только,
   господин Меркатор...

4. гони меня в молчанье, ненужные слова
заставь держать в садке, форель для ужина:
аристократична и чиста, мертвая любовь.
вся жизнь - движенье пальцев вдоль позвонков,
когда ты спишь и чувствуешь движенье:
глыба молчанья вспорхнула
бабочками с лужайки, где старый Пан
и где печально течет ручей из будущего в прошлое,
и жизнь благоволит, и смерть располагает.