Говорю...

Как  мало  в  людях  человечности...
Найти  её  не  хватит  вечности.
Но  повернувшись  к  ним  спиной,
Ты  сможешь  встретиться  со  мной.


Ну  какой  же  тут  секс,  если  боль  от  последней  обиды -
Как  по  яйцам  серпом,  как  в  мошонку  ударом  с  носка.
Но  Тебе  всё  равно,  что  я  только  пришёл  с  панихиды
Наших  умерших  чувств.  Ты  легка,  сексуально  легка.

Мне  уже  не  впервой,  мне  уже  откровенно - до  фени.
Тут  задор  не  причём  и  для  малого  нужен  размах.
Но  к  кровати  ведут,  как  к  Голгофе - четыре  ступени:
Это - злость,  это - боль,  аскетизм  и  последняя - страх.

Секс,  ведь  это  не  крест,  что  под  плетью  влачат  на  вершину.
Мне  давно  наплевать,  кто  распятием  прижат  к  простыне...
Распиная  себя,  Ты  во  мне  распинаешь  мужчину.
Оставаясь  собой - Ты  меня  убиваешь  во  мне.

Алогична?  Слегка...  Сексуальна?  Без  меры,  без  края.
Ты  по  жизни  идёшь,  как  апостол  ступал  по  воде.
Но  я  принял  свой  крест,  сам  - из   юных  Тебя  выбирая.
Целовался  в  саду,  открывая  ворота  беде.

Злость  из  чаши - сладка,  и  пожалуйста  больше  не  надо -
Камни  ложа  любви  лицемерия  крыть  простынёй.
Ну  какой  же  тут  секс,  ну  какая  же  это  "награда"?
Милый  ангел,  пойми...  Я  устал  заниматься  ху-нёй.