Татьяна Ларина после письма
Ах, если б я была смелее,
Кокетничать, играть могла б…
Я всё летаю в эмпиреях.
Я человек, который слаб.
А он, Онегин, неприступен.
Непринужденно хладный вид
Хранит чело с глазами вкупе.
Он редко чувственность явит.
Сама не знаю, что толкнуло
Ему отдать моё письмо…
Я на своё присела стуло*
И думаю: а он бы смог
Вот так открыться, без смущенья,
Без красных пятен на щеках,
Без трепета и треволненья;
Без дрожи в виснущих руках?
Он, как с Олимпа бог, прекрасен.
Он безупречен весь, до дна.
Провинциальный дух ужасен!
Зачем в селе я рождена?
Ах, если бы не эти строки
И не корявость слов моих…
О, сжальтесь надо мной, пророки,
Услышьте зов моих молитв!
_________________
*стуло – архаическая форма слова,
характерная для конца 18 – начала 19 вв.
Свидетельство о публикации №112090902133