ШЕМИ

   
      
             АДРИАН-КОРОЛЬ-ЛЕБЕДЬ-ШЕМИ



                Роман в стихах

         
 

Себе я ничего не воздвигал (разве что сайты)


 





             Глава 1. УВЕРТЮРА

Animula, vagula, blandula
Hospes comesque corporis
Quae nunc abibis in loca
Pallidula, rigida, nudula,
Nec, ut soles, dabis iocos...
P. Aelius Hadrianus Imp.

Roving amiable little soul,
Body's companion and guest,
Now descending for parts
Colourless, unbending, and bare
Your usual distractions no more shall be there...
Трепетная душа, нежная странница,
Гость и друг в человеческом теле,
Где ты сейчас скитаешься,
Ослабшая, продрогшая, беззащитная,
Неспособная играть как прежде?
             Imperator Caesar Traianus Hadrianus Augustus, Pontifex Maximus, Tribuniciae potestatis XXII, Imperator II, Consul III, Pater Patriae


                1

Писать роман, к тому ж в стихах, -
Какой тут выискался Пушкин!
Язык чужой, и духом слаб –
Подумал бы о песнях лучше.
И приобрёл бы популярность,
В тусовки светские ходил.
Иль в опереньях слишком ярких
Тупых девиц с ума сводил.
Но я таков, стихи мои
Читаются давно на небе,
О чём вещают ночью сны,
И жаль, что это не проверить.
Представлюсь именем Альберт,
Есть в паспорте такая правда,
Себя я помню много лет,
И славы вовсе бы не надо.
Не о себе хочу писать -
Заказ иной я слышу сверху:
Среди людей всегда есть знать,
Но к гениям всё выше мера.
Героем будет "математик",
не настоящий, не ботаник,
любитель мата, рэпа, улиц…
Читатель мой кривит лицо.
Был у него такой приятель,
Что вспомнить было бы смешно…



                2

Нескромно  звали Адрианом.
Размах имперский. Рос в державе,
Второй империи по мощи.
Когда империи не стало,
среди рабов жить стало проще.
Английский вытесняет русский,
Страна воров в разменных путах,
С деньгами хорошо, но скучно
Животным оказаться грубым.
Наивным был в среде абстракций,
Структур надуманных и чисел,
В любви к открытиям признаться
Готов был он душою чистой.
Он танцевал смешно и странно,
что нелинейный был эффект,
На дискотеке мы в  подвале
Знакомились ради утех.
Так мог бы только математик
В одежде яркой и очках,
И Кемер вспомнился тут кстати,
Смеяться от души я рад.
Гид из Молдовы начинала
Все слова с приставкой «ё»:
Ёприехали ёбы ёрано,
Ёмы ёуспели ёбы ёна ёмоё.
Катаясь со смеху, спросили,
Где учат так всех языку.
Затем павлины учудили:
Самец вдруг крикнул «ё» в саду.



                3

Кудрявый донжуан со Светой,
Цыган, голландский «Бухенвальд»,
Братки сибирские, поэты,
Курортной страсти маскарад.
Писать про дерзкое убийство
Под бренди, карты с Хуанитой –
С ума сошла б Агата Кристи:
На пляже венгры все убиты.
Спортсмен-качок в трусах лазурных
С голландской парой пиво пить,
Наверно, согласился сдуру,
Его решили те убить.
Не стану призывать я смех,
Ведь не слыву я юмористом.
Не лучше ль на глазах у всех
Представиться шальным поэтом,
Высокомерно презирать
Земной любви язык и глупость
И мир банальностью считать,
И налагать от скуки руки
То на себя, то на героев, избрав
Блестящий персонаж,
Преодолевший горе, муки,
Презревший смерть, любовь и страх?




                4

Ну что ж? Серьёзно – так серьёзно.
Так странно усложнились души,
что состоят из злых слоёв,
исполнивших свой долг едва ли
и тратящих так много слов.
Живя  когда-то в Адриане,
блистательном и гениальном,
надеялась познать любовь,
душа стремилась к счастью рано,
как появился Антиной
в судьбе, удачливой и странной,
затем оставленной с собой…
Завистливы бывают боги -
кто превосходство нам простит?
И вот уже Пегас летит,
вновь Адриана вдохновляя
на лучшие души стихи,
но не любовь и счастья чувства
оставит время нам навек –
итог предсмертный человек
подводит со своей душою,
которая, покинув тело,
взлетает в поисках иного…



                5

И вот приехал я в Альмет
совсем  некстати и нежданно:
словам Азата долго внемля
на свадьбе близкого Марата,
тенора в Москве, в Большом,
подумал я тогда о детях
нелестно, как о неба порче,
время  года два тянул,
но вот в девятом, в октябре,
приятно удивлён отцом
детей – тогда я их не видел –
персидским именем Рустам
(богатырь, всегда правдивый)
отца детей не зря прозвали:
воспитан, скромен, образован,
разумен в денежных делах –
как справедлив порой Аллах,
невольно я тогда подумал.
Приятным было удивленье,
когда увидел я детей:
был младший чудом, вундеркиндом,
стеснителен, умён и чист
рассудком, совестью и правдой,
в его глазах был карий свет
божественного пониманья,
Камиль цветком был Ориона,
но знания об этом нет
у людей, забывших время,
правителя рождает небо,
но буду дальше шифровать,
чтоб раскрывшим всё не быть
и тайну Бога сохранять;
а старший был с душою Адриана,
в которой записался Антиной,
читал он мысли, чувства, тайны,
Шамилем названный судьбой,
дружил он с музыкою сфер,
но окружение влияло:
рэп уличный, штаны с мотнёй,
зацикленность на пышных девах
и неустойчивость в словах,
но есть божественность и гений,
неповторимость входит в труд,
надеюсь, семена взойдут…
Как нежность в грубой оболочке,
так правда круглых серых глаз,
стремятся души даже очень,
Единого такая власть…


                6

В посёлке Ян средь сосен, елей
и белой чистоты снегов
от смеха детского звенели
мороз  и песни, и любовь.
Швейцарский Бад Рагац, застывший
в сердцах и памяти, в стихах,
альпийские луга в той выси,
и влажны ноги в облаках.
И как же сердцу не болеть
за детские слова и чувства?
И, кажется, всегда найдутся
оправданья прошлых бед.
И математика-богиня
пусть осияет наш чертог,
поэзия пусть будет дивной,
и физика объявит торг
олимпиадный  в интернете,
и переменной скорость света
окажется во всех полях,
и многомерность – верю в это –
в реалиях себя покажет
как нравственности сохраненье,
не лицемерной и запретной,
но торжества свободной неги.
От Пифагора и Платона
пришла эпоха Адриана,
любовь есть разум, а не мода,
экзамен выдержать упрямо –
проявленье  жизни строгой,
и Истина вдруг станет явной,
если посвятить ей годы…


                7

Консерватория в Москве,
послушать гениев мне надо -
такого не видать нигде:
летает вдохновенье в зале.
И Музами полны музеи,
там тайнами овеян сфинкс,
решает красота – не деньги,
и истина даёт ремикс.
Сквозь тяжкий труд
балета лёгкость,
хирург и сломанная кость,
я к откровению взойду,
хотя давно мы с верой врозь.
Для новизны ищу я формы,
гармонию среди идей,
орфических дурманность оргий
не позволяет мне надеть
свои уставшие одежды,
и сбывшиеся вдруг мечты
напоминать мне  будут вечно,
как были дороги они
и приближали мерно счастье
в неустановленные  дни.








Глава 2. ШАМИЛЬ (МЕСЬЁ ШЕМИ)

 



    
                1

Кто помнит все свои рожденья,
Всех воплощений  жуткий сонм?
Наверно, только Пифагор
Да мудрецов-богов собранье
Под звёздный вожделённый хор.
Коль высшая гармония была
В иных небесных сферах,
И в инкарнациях звезда
Крупнейшей феерией
Пути все освещала,
То нечего бояться испытаний,
Вновь посланных программой.
В Альмете солнцем проявился
Как сложно-странное созданье,
И трудно было пониманье
Для земных людей вокруг.
И запишет подсознанье
Зло, что делается тут.
Не бывает без историй,
И историй продолженье –
Это наша сон-судьба.
А любовь живёт жалея
И поэтому дана.
А к земному как привыкнуть?
Ад кромешный и тоска.
Средь чумы царит веселье –
Так бывает иногда,
Если к нам приходит дьявол,
Переходится черта.
Настоящих нет комедий,
Нет трагедий в чистом виде –
Жизнь земная в трагифарсе,
Мимолётный лишь обман;
Мы явились сюда в гости,
Нам сей миг для правды дан
Испытаньем перехода:
Может, стоит выйти в свет?
Души травит экпироза
За их мелкость без надежд.
Карму неслуха-бродяги
Чтобы враз преодолеть,
Провидение решило
Лёгкую придумать клеть.
Рос Шамиль в тепле и неге,
Но нескромная душа
Рвётся вбок и вниз, и к небу:
Лишь свобода хороша.
Уличным увлечься рэпом
Как решением проблем –
Мыслимо ль судить за это?
Но за ширмой вьётся дым…
Есть кровавая страна,
Зазеркалье, где Алиса,
Переделанная в жуть,
Проявиться всласть стремится, -
Вот туда летит душа,
Разделённая на лица.
И за жаждою любви
Кроется смеясь безумье,
Быстрый наш герой и буйный
Хочет идеал найти.
Ложны здесь очарованья,
Под одеждою корысть
Каждый раз готова выйти
Слабым головы разгрызть.


                2

Вот так рос Шеми и вырос
Средь природы и семьи,
Дни везения обузой, камнем
На сердце легли.
Но сознание приходит
Иногда как странный дар,
Или же судьбы подарок
Лишь как луч печальный дан?
Рядом младший рос братишка –
Ясномыслящий Камиль,
Для земной рождённый сказки,
Но неправедно судил.
И теперь в Россию послан,
Не найти где справедливость,
Где сажают просто в тюрьмы
Несогласных и строптивых.
Стал подсказкой и находкой,
Иногда сплошным укором
Он для старшего Шамиля,
Но рос движимый любовью,
Добротой и здравым смыслом,
Трудно быть самим собою,
Коли в грязи вязнут мысли.
Небо посылает шансы,
Небо посылает помощь,
Истина порой стучится
Прямо в голову, и ночью,
Когда суета утихнет,
В образах она приходит,
Танец символов заводит
Показать иной мир высший
И связать с программой неба,
Дать понять предназначенье,
Ведь не зря даны мученья,
Творчество и озаренья.
Чем надёжнее тылы,
Тем реальнее победа.
Для полёта нам важны
Долгие приготовленья.
Небо всё дало Шамилю,
Чтоб познать и осознать,
Главное, в себя поверить
И реальности понять
И принять их неизбежность,
Чтоб не плыть теченью вспять.
Друг творца, любимец бога,
Но весёлый и шальной,
Был Шамилем очарован
В знание повёл с собой,
Вдруг узнав из воплощений
Вечный рядом персонаж,
Кто, навязывая связь,
Был так крут, но беспокоен
В жажде тонкого вниманья
(ах, его всегда так мало
Для открытых миру сердцем,
Окружающие вяло
Реагируют на лица);
Заслужить бы пониманье,
Неба высшую любовь,
Но об этом позже вновь.


                3

О родителях вы праве
Требовать теперь главу,
Только всё же не пойму
Недогадливости многих:
Если уж послало небо
Шансы выжечь сатану,
То родителей и предков
Подберёт оно тому,
Кто в борьбе в себе и выше
В первом движется ряду.
Есть терпенье, пониманье,
Жалость, гнев, любовь и боль,
Только к жертве безвозвратной
Так никто и не готов.
Требуя безмерной жертвы,
Прав формально ты, творец,
Но не буду лицемерить –
Это жизни ведь конец,
Праведник, умом всесильный,
Твой возлюбленный пророк,
Только он такою мерой
Может осознать, воздать,
Всё и вся тебе отдать
И себя обречь на муки,
Возлюбя всего тебя,
Всё и всех тобою меря,
Возвращая всё в тебя.


                4

Об отце уже писал –
О хороших очень трудно:
Как Одетта - так ранима,
Что беспомощна она,
Как Козетта - так забита,
Ждёт кровавая слеза,
Д'Арк обманутая Жанна,
Золушка без волшебства,
Робин Гуд, Дубровский, Зорро –
всё один и тот же плач –
до сих пор за справедливость
обнажает меч палач.
Сделать всё в любви сердечной,
Даже жертвовать собой –
Вот удел, земной, конечно,
Пред родителями долг
Стоит исполнять нам вечно
И напутствовать детей,
Научив за всё бороться,
Справедливое ей-ей,
Одолеть  барьеры, рвы,
Покорить вокруг вершины
В восхождении любви
К сотворенью и свету.
И на свете лучше нету,
Если превзошёл потомок
Быстро предка своего,
Новый путь открыл, стал ловок
В воссоздании всего.
Ну а маму звали Лиля,
В ней души Шеми не чаял,
Думал долго вечерами,
Как её благодарить.
И она, в нём необычность
Видя яркость, божий свет,
Поняла всю непривычность
Озарений у людей.
Боже мой, не надо стычек
Меж любимыми людьми,
Ведь гармония нам свыше
воздана исправить мир.
Ведь в любви решать так просто
Очень сложные дела,
Только дьявол нож свой острый
Точит, чтоб его взяла.
Но за мудростью победа,
Истина, любовь, закон,
Одолеть легко нам беды,
Коль Единое во всём
Мы легко распознаём
И Его программу видим,
Музыку Его коль слышим
И живём с Ним в унисон.


                5

Сочинял стихи Шеми
И писал роман кровавый,
Был таким подлунный мир,
Бег за призрачною славой.
Наяву в виденьях видел
борьбу образов оживших,
фильмы, музыка и книжки
подтверждали его мысли.
Зеленоглазая брюнетка,
Алиса, разделяя кровь,
несущая творцу любовь,
созданье тонкого сознанья
как расщепление ума,
к Шеми торжественно пришла.
И сам я был проводником
по просьбе этих двух сторон,
божественное провиденье,
связь в миллиардах наших лет,
и вечно наше притяженье,
здесь есть гармонии секрет.
Есть тайна тайн:
необъяснима
для смертных вечность
душ слиянных,
глаза, молчание и речи –
ведь Шеми был
богов предтечей,
творца любимым проявленьем.
Куда ж направить
чудный гений?
Но оставляет каждый век
свой лёгкий популярный след.
Услышан с детства рэпа слог,
в чём Шеми превзойти бы мог
любых кумиров без сомненья,
и вовсе не моё тут мненье,
а творчества живой итог.


                6

Люблю я гениев,
в них нет ни женщин,
ни мужчин, в них порчи нет,
весь секс, вся страсть –
одно божественное пламя,
природа создала средь нас
их как высшую награду,
чтоб изменился этот мир.
Платон и Пифагор,
Евклид и Архимед,
Паскаль, Ньютон,
Декарт и Максвелл,
Пуанкаре и Гильберт,
Дирак и Гейзенберг, -
их мысли изменили всё.
Открытия
расцветили нам жизнь,
обязаны мы чудакам-фанатам;
и ДНК, и РНК,
и расщеплённый атом,
коллайдер-чудо
и полёты в космос,
и термоядерная станция
в Европе, -
лишь только эти
вещи оправдают нас
и жалкое существованье,
но правит глупость:
на знания нет денег -
на армию, насилие,
на развлечений бред
зато не жалко ничего,
мир получает нищету,
болезни, голод,
а банкам помощь
за наш же счёт –
известный лохотрон –
собрать правителей,
банкиров-кровопийц
да сжечь! Решает Бог,
теперь он инсургент,
порою главный террорист
и революций пламенных закон.
Всегда я в Разум был влюблён,
и Он послал мне столько счастья,
чудес прекрасных, красоты
явленья тонкие, и часто
приливы высшие любви!
Во взрывах бурных
сублимаций
и волнах сладостных жакузи
сквозь неземные озаренья
божественные откровенья
внезапно падают с небес,
и я готов отдаться весь
их музыке, словам, виденьям,
хор ангелов венчает гений,
он исполняет себя так,
что, излучая вдохновенье,
весь из себя выходит сам…

                7

Шеми, характер Адриана
(не зря я начинал с него),
интуитивно понял рано,
что истина важней всего;
НО ЧТО ЕСТЬ  ИСТИНА?
Кто знает? Христос, Пилат,
учёный, Бог?
В Коране сам Аллах считает,
что знанье – высший
наш закон
и сам ему он подчинён!
Но я платоник.
Знаю,
Логос – программа, истина,
закон,
слово, пониманье, бог,
а вместе всё –
одна любовь,
и всё, что суще, то едино,
но человеческим умом
Единое не охватить
и не представить многомерность
и усложнение Его…
А знает о себе Он всё?
Давно мы мысленно друг в друге,
не может крамолой быть мысль,
быть с Богом – значит быть Свободным,
парить, летать, творить, любить,
а главное, Законом быть!
Диктуем с Ним на мысли моду…
Лицо я вижу – вот умора! –
серо-скучного ханжи,
хоть целый век его учи,
он не туда очки примерит
и не туда закон применит,
останется смешным мартышкой,
чтобы прилично подражать,
другим останется лишь ржать.
Коль недостаточно безумны
идеи в яркой новизне,
не стоит теребить нам струны
итак не осветлённых дней,
в мечты ударимся скорей…



                8

Души делятся друг с другом,
расщепляясь на слои;
и из трудных воплощений,
из несбывшихся надежд
составляются они.
Если есть насилья ужас
над натужною душой,
не дано предназначенье
ей исполнить всё своё,
можно ждать упорства неба,
и в исчисленный звёзд срок
появляется досрочно
непреподанный урок.
Слой второй души Шеми,
весь мятежный и желанный,
был от Людвига Второго,
короля всех лебедей,
лебедя средь королей,
что мессией Красоты
и дарителем нам муз
над Баварией пронёсся.
25.08.1845 убиение младенцев,
иллюминатов крестный ад,
где же ты, святой Георгий?
Только ты, мой лебедь белый,
грациознейший из птиц,
среди белых голубей,
смог познать посланье вниз.
Семнадцать лебедей Шванзее,
замок Хохеншвангау близок…
Детство, музыка, стихи,
кареглазый братик Отто,
буря чувств совсем не стихла –
стала образом стихий.
И любовь всерьёз к русалке,
и эмоций странных всплеск -
ах, как глупо, ах, как жалко:
непонятен он для всех…
Цвет Ориона, Грааля чаша,
Парсифаль и Лоэнгрин,
Вагнер восхищает часто,
Йозеф дружит без кручин.
Нойшванштайна нету краше,
счастье лебедем взлетит.
Но безумнее безумства
зло и зависть, и корысть,
Людвиг  был  чрезмерно умным,
в чём трагедия причин.


                9


Читателю и невдомёк:
он спросит: «Где же тут Шеми?».
Но ведь я мысли излагаю
и, разумеется, его,
и мы ведь есть, прежде всего,
плод мыслей, умысла, их плена,
не стоит пояснять тут дела,
конечно, есть тут и мои,
за что, читатель, извини)).
Теперь я опишу друзей,
устойчивые жизни связи;
быть может, станет, веселей,
когда квартетом соберутся
в какой-то «Сакуре» пить чай.
Не скрою, их живьём не видел,
и в «Сакуру» я не ходил,
но разве важно так увидеть,
чтоб достоверно описать?
Не лучше ль слушать и молчать,
как Кот Чеширский, улыбаться,
на расстоянье познавать?
Альберт, философ, острослов,
шальных приколов воздыхатель,
быть может, соткан весь из грёз,
как любовник виртуальный.
А Искандер, серьёзный очень,
умный, сильный и смешливый,
в душе вдруг притаилась осень,
как в любви плакучей ивы.
Рустам, сентиментальный, тихий,
добьётся почестей и славы
на поприще, на горделивом,
плавно проявляясь в главном.
Четвёрка славных мушкетёров
или  бетховенский квартет? -
скорее, в рэпе порастёртом –
таков ведь времени ответ –
команда юных куплетистов
перед любовью и судьбой;
рассудит время, кто кем станет,
какие сбудутся мечты,
распределённая местами
и разделённая годами
жизнь не старается остыть.
Что остаётся нам от дружбы?
Воспоминания и фото.
Серьёзно относиться – грустно,
ну а смеяться неохота.
Запишется душа на звёзды
любовью, негой, добротой.
Жизнь подстрекает и заводит,
но важен нам в конце итог.
(Почти как Ржевского намёк)).
Главу не стану завершать,
ведь Шеми - вечная что песня.
Как без него нам жить, дышать?
Жизнь без него неинтересна…



 





         Глава 3. КАМИЛЬ



            
                1

Цветок, иль чаша, Ориона,
у знания свои есть корни,
в плену живя абстракций строгих,
надеемся, всё будет ровно,
в согласье, мире и покое,
но долетает вдруг сигнал,
что вот взорвётся Бетельгейзе,
что деньги, рынок ждёт обвал,
о, лучше б я не начинал!
Нельзя без войн и революций
историю свою вершить,
и звёзды плазмою плюются,
коль опостылела им жизнь.
Камиль – прекрасный брат Шеми,
уже описанный в начале,
под бури тягостной зимы
сдавал экзамены ворча.
Сдать всё экстерном
хватит силы,
ума
и времени к тому ж,
спортивный мальчик,
просто милый,
но по характеру-то муж!
За справедливость
сразу драться,
на лица незачем взирать,
кровавой вымазана краской
всепобеждающая рать.
Во всём расчёт, кругом порядок,
был урождён экономист,
немцы не стояли рядом –
есть управляемая жизнь.


                2

Подумали, сухарь-ботаник?
Нет, вы ошиблись. Он артист!
Смеяться может он часами
и петь в пародии, сатире,
рекламу так изобразить
и даже сексуальный рэп,
что можно в смехе надорваться,
иль станет голоском так петь,
как маленький совсем ребёнок,-
где одарённость, там и смех…
Но если не победа сразу,
то слёзки детские в глазах.
Мне трудно это пережить,
когда ребёнок опечален,
разрывы сердца и души,
невыносимость меж мечтами.
Легко гармонию сломать,
но как создать её, не знают.
Привычек пагубная власть
нависла над землёй и нами.


                3

Не стал ты если Соломоном,
возможность есть
свой мир исправить,
судьба явилась шансом новым,
пусть справедливы будут нравы.
Мечтаю мир одной страной
под властью мудрого увидеть,
Кир, Македонский, Чингисхан,
Тамерлан, Наполеон,
Аврелий Марк и Адриан,
когда появится же Он,
кто воплотит их план великий?
Европы ода и закон
нас к цели приближают близко,
но всё бессмысленнее траты
правителей до власти жадных.
Когда б правителем Он стал,
моя б исполнилась мечта…

                4

«Всё тип-топ: каблучки, макияж…»,
«значит, ты обычный ламер…», -
наш исполнитель входит в раж
и обводит публику глазами.
Снимая клип в морозном Яне,
мы запутались в рамсах…
Мы расставили капканы,
но мышки не приходят погибать.
Приходят Шляпник, Кот, Алиса,
Червонная в сиянье королева,
Шеми, Кеми, - знакомые все лица,
шутить так с духами нелепо.
В мозгу Камиля ясность мысли:
дай отличить реальность от другой;
а в небесах они и ближе, выше,
прекрасны в круговерти неземной.
С Камилем Шеми мы спасли,
из мрака и соблазнов вырвав,
в снах, полных райской красоты,
лишь правда и ни грана кривды.
Закончу эту я главу,
надеясь, что тогда продолжу,
когда в событиях найду
для этого удобный повод.






              Глава 4. АДРИАН

 


А так как мне бумаги не хватило
Я на твоем пишу черновике.
И вот чужое слово проступает
И, как снежинка на моей руке,
Доверчиво и без упрека тает.
И темные ресницы Антиноя
Вдруг поднялись, и там - зеленый дым,
И ветерком повеяло родным...
Не море ли? -- Нет, это только хвоя
Могильная и в накипаньи пен
Все ближе, ближе ... "Marche funebre"...*

 А. Ахматова            Шопен
26 декабря 1940 года


                1

Рождение в благороднейшей семье,
и детство, полное сочувствия к маме,
критическое отношение к отцу,
неустойчивый и взбалмошный характер.
Смерть отца, когда лишь десять лет
стремительному в играх Адриану,
ученье: греческий, латынь и медицина,
математика, философия и право,
но более всего раздел кровавый
охотничьей добычи, когда вдруг лев
всесильный в напряженье просыпался
и надолго поселялся в Адриане.
До истины, до сути бы добраться,
а для того бы поскорее разодрать
на куски и кровь излюбленную жертву,
познать не просто плоть, а душу,
стремленье, притяженье душ
и взаимодействие с другим,
так поразительна любовь
от обнажённости и страсти
до самого изнеможения и смиренья,
даже жертвеннейшей смерти.


                2

Любитель красоты –
совсем не обольститель,
напротив, ненавидит он
разврат, обман и ложь,
и проституцию, которая
на гнусное предательство похожа,
жизнь среди льстецов нехороша.
Вот музыке, поэзии душа его открыта,
он с юных лет писал –
есть тома три стихов.
Но разве виноват мужчина,
что столь его натура утончённа,
что он изящен, полон чувств,
что столь душа сложна,
что жаждет чистую любовь?
Пусть мужественно, крепко тело,
пусть благородная душа
стремится к творчеству
и знает своё дело,
ведь только полнотой своей
жизнь будет хороша…


                3

Траян, кузен отца,
был строгий попечитель,
тело требовал и волю укреплять,
нашёл учителя – философа Исея,
к нему в шестнадцать лет в Афины
с большим желаньем прибыл Адриан.
Прогулки в спорах и беседах
средь розовых садов,
писать и жить непринуждённо
и чувствовать любовь
и доброту, и пониманье,
от шуток, радости смеясь, -
ну что ещё, скажите, надо
для счастья полного,
для возрожденья вновь?
Счастливое то было время,
но жизнь торопится,
и мнится на восемь больше лет,
казалось, зрелыми что были
мужчины в двадцать плюс четыре,
пусть будет даже двадцать пять…


                4

Желанный возраст быстро наступил,
и вот женитьба на племяннице Траяна,
к женщинам любовь давно разочаровала,
но брак есть договор, и так для дела надо.
По правилам другим живёт теперь любовь.
В одном закрепощён, а вот в другом свободен,
так мало дела, и так много слов,
и Адриан, чтоб покорить народы,
мир новый сотворить, как настоящий Бог,
поехал на Восток и воевал, и строил,
стал избранным Юпитера избравшим;
став императором построил стены
и города, и храмы дерзновенные,
и на Олимп взошёл, как Зевс иль Амон новый.


                5

Прошло шесть лет, как начал править миром
божественный, но  сложный Адриан,
среди побед великих и свершений,
как в суете, ему высокий долг был дан.
Признанием заслуг казался Зевсу
похищенный в его покои  Ганимед.
Мы часто видим архетипы неба,
в созвездии Кастор и Полидевк.
В Вифинии свершило чудо небо,
явился Антиной, в свои тринадцать лет
превосходящий негой Ганимеда,
в душе несущий лишь любовный свет.
Для душ сплетённых новые поездки
по Греции и Азии с посещеньем
оракулов, храмов и мистерий,
затем Пальмира у Адриана ног,
Александрия Птолемеев, Канопа…
В оазис Амона по Македонского следам
лежал к оракулу божественному путь;
там пораженье льва, там тайный смысл словам
придан: был должен сокол утонуть
пред возвращеньем венценосца в Рим.
Natura deficit, fortuna mutatur, deus omnia cernit.


                6

С тех пор жизнь Адриана – просто праздник,
исполнились желанья все, мечты,
но это не в раю, а на земле, всё где разно,
где взлёт веселья с признаком беды.
Семилетье быть счастливым много,
Адриан и рядом благодать,
а враги хотя исходят злобой,
можно их пока не замечать.
Зависть, сплетни, ревность, кривотолки,
на земле в грязи судьба богов,
Антиноя, Антинополь окружили волки,
приговор их, как всегда, готов.
Кто посмел своим смазливым видом
полнить землю множеством теней
и брезгливостью холодной горделиво
презирать до тошноты людей,
расставляя тысячи скульптур,
превзойти богов и бросить вызов?
Антиною в Ниле утонуть –
за любовь, везенье и капризы!


                7

Столько испытаний Адриану
выпало на долю, и за что?!
Умереть так хочется, но «рано» -
поживи, помучайся ещё!
Восемь лет безумия  и мук,
магии, раздумий и депрессий,
уходящий в замиранье звук –
это боги покидают землю.
Вызывая демонов и духов,
с ними породнился Адриан,
в новом теле воплотиться круто
суждено – и будет маскарад…
 


                8

И читатель может догадаться,
что Алиса, Шеми, Адриан,
Антиной и Людвиг-Лебедь
для творца всесильного лишь маски,
в них игра, экзамен и туман,
что рассеется от дуновенья
ветра времени и грядущих дел,
только этот миг благословенный
описать мне, видно, не успеть…





 
Глава 5. АДРИАН И ИВЕТ
(в адаптированной редакции)

 
Читатель помнит: есть новый Адриан,
кто упомянут раньше в увертюре, -
сей странный и смешной чудак,
на самом деле от природы гений,
приехал на каникулы в Париж,
где с камерой бродил
в безмерном любопытстве,
а вечером в Гранд-Опера
споткнулся и упал
на девочку Ивет
и до беспамятства в неё влюбился.


                2

Он бредил в лихорадке от любви,
запутавшись  в французском и английском;
Ивет смеялась: безумный русский идиот
уже давно описан Достоевским.
Он падал на колени
целовать ей ноги, руки.
В смущенье полном
пришлось ей убегать.
За что такие  муки?
Любви ответной нет.
Зачем страдать Ивет?
А делать вид и умирать от скуки,
давиться смехом быстро надоест.
Прошла неделя пыток этих,
и смысл обнажился вдруг:
есть в Адриане гениальность,
он в математике и физике король,
и истина так доставляет радость,
что светится весь мир вокруг.


                3               

И синие бездонные глаза
Ивет наполнились
немалым любопытством,
весёлым щебетаньем она
странные рассказы Адриана
сопровождала пением и смехом,
а он твердил про многомерность мира,
что мы живём в струне, не ведая того,
что самый лучший есть теперь коллайдер,
что мир возник совсем из ничего…
Сыграв в четыре руки
Бетховена, Шопена, Листа,
они почувствовали вдруг
каких-то струн своих единство,
переплетенье струн души.
Блондинкам нравятся брюнеты
и их зелёные глаза,
Ивет теперь заметив это,
вдруг поняла: любовь пришла –
как неожиданна судьба!


                4

Любил прогулки по Парижу:
бульвар Гренель, Эйфель и мост,
прекрасна летом эспланада,
затем Пале-Рояля гость;
зайти бы надо в планетарий,
но Елисейские поля  и обелиск,
Триумфов арка, у Лувра вечная толпа
зовут на пешую прогулку,
туристов иностранных говор
отдаётся в ушах гулко,
затем сверну к Гранд-Опера,
наверно, закусить пора,
поэтому на Риволи
пойду в любимое кафе,
когда-то рядом жили мы,
годов мне было двадцать три.
И вот Ивет и Адриан
гуляют этим же маршрутом,
гуляют в неге и любви
и так же, как гуляли мы…

             
                5

Мне говорят, читать о счастье
ужасно скучно, ни о чём,
у счастья пресное лицо…
И что же это за любовь?
Где событья и тревоги?
Где скандалы, беды, горе?
И где трагедий высота?
Где суицид? И где барьеры?
Без смерти что за красота?
Читатель, извини за счастье!
Краснею иногда в метро,
когда внезапно замечаю
среди всех угрюмых лиц,
что счастлив я и сердцем чист.
Ну, счастливы мои герои!
Зачем всегда нужна печаль?
Париж – веселье, смех и праздник,
и революции печать.
И пусть таким он остаётся,
пусть в нём героям хорошо,
Париж вас приглашает в гости
приобрести своё лицо.


                6

Не скрою – знаю я Ивет,
и Адриана тоже знаю.
Ивет всегда я шлю привет,
она в ответ: «Mon petit Albert».
А Адриану шлю задачи,
нерешённые проблемы.
И как без них, и как иначе?
Прояви в них ярко гений.
Теперь же должен пояснить,
какая связь у душ героев.
Переселенье в малом душ
фрагментами геномов их,
в небесном виденье слоями,
лишь грани схожие свои
в обычных связях переносит,
но все они как расщепленье
одной божественной души,
той, что вначале многомерна
и лишь Единому верна,
но коль разорвана программа
и не исполнена она,
то к тождеству подходит близко,
тут не раскрою весь секрет,
читатель сам прочтёт записку
от своей немой судьбы
и догадается, как свыше
заправлены  для жизни мы…








Глава 6. ГЕНИИ



                1

Есть гении, что зажигают
на долгое в тебе огонь,
воспламеняют, вдохновляют,
и ты летаешь день и ночь.
Концерты помню Исакадзе,
на скрипке порвана струна;
и Паганини, словно демон, -
его в себе нашла она.
Шопена так играл Султанов,
неистовство и темперамент,
и класс Наумова внимал,
что так Шопена больно ранит.
Мравинский и его оркестр
Губайдулину, Канчели
записывали…,
                тихий вечер,
Ночь в Мемфисе,
               а Хапи – Стикс,
и под окном мечтали ели,
что кто-то не забудет их
и нежной музыкой, глазами
обвеет или обведёт,
романс исполнит им Брегвадзе.
Ах, Нани! Как она поёт!

 



                2

Давно я гениев не слушал…
В Рахманиновском был концерт:
В сочельник днём играл Маслеев, -
Слов выразить всё это нет!

Гармония и интеллект,
                И пониманья глубина.
Светилась чистая душа
                И воспаряла прямо к небу.
Из вечности бы вспоминать:
Маслеев Дмитрий, где Вы, где Вы?

Взлетали пальцы над роялем,
Витал рахманиновский дух,
Ненастоящее завяло,
И истина спустилась вдруг.

Есть в мастерстве такая тайна,
Из чувств и разума сплетенье,
Что проявление столь важно –
Труд подтверждает высший гений.

Вы излучали гениальность,
Из сердца вдохновенный звук,
Склонялись звёзды величаво
К прикосновенью Ваших рук.

Душа стремится вся излиться,
Полна любви и доброты.
И светятся от счастья  лица:
Сошли к ним музыкою Вы.

Для совершенства нет предела,
Но и предел есть совершенство.
Вы сможете так много сделать
Из интеллекта, нот и жестов…



                3

Подвижники.
     Их за руку ведёт сам Бог.
Аскеты: к небу лишь любовь.
Им шепчет гений.
     К ним приходят сны
и откровенье Рабийи.
В «божественности»
      Лживые мещане.
Дома,
      дипломы,
              дети,
                деньги…
Тонуть в дерьме из этих  «Д»
Нет большего несчастья,
Не приведи,
            Мой Бог,
            Такого «счастья».
Полёты мысли,
              Знанье,
              Озаренья,
Гармонии сияющей вершины,
Свет,
     Сокрушающий все тени,
И подвиги,
   Что каждый день вершите…
К Единому
Высокая любовь,
Что
В СЕРДЦЕ БОЛЬШЕ
НИКОМУ НЕТ МЕСТА!
Жизнь жертвенную
        Вывести на бой,
Чтоб никуда вам
От НЕГО не деться!


                4

Новая ритмика новых стихов
в компьютерных генах и квантах.
Скрежетов громких ныне стих ход,
и публика неадекватна.

Но всё неизменное вечно во мне:
гармония любит мой случай.
И всё повторяется, как на Луне, -
в улыбке счастливая участь.

Одержано много побед над собой,
в каждом открытии взлёт и паренье.
Не иссякает душевный огонь,
влекущий к новым твореньям.

Склонилась в тумане сирень над водой,
в плавном движении лебедь.
И вечером тенью мелькнула одной
любовь, которая светит…

Старая ритмика старых стихов,
фонтан, соловьи и розы.
Цветисто цвести
                и лет ещё сто
созвездиям Судеб задорных.


                5

И тьму презрев,
                идёте в бой,
и на алтарь себя, как жертву,
вы принести всегда готовы
за Истину, Закон и Свет,
за Справедливость и в них веру.

Как в первый и в последний раз,
с волненьем, трепетом и силой,
вам восходить на эшафот
или в костёр, взрывая страсть,
как Жанна Д’Арк, Джордано Бруно,
запомнив всё, что сердцу мило,
вернуться к звёздам и сверхструнам,
к истокам снова чтоб припасть…

               
                6

Всё выполнено, всё прошло.
Сует забытые детали
стучатся в зимнее окно,
но здесь весна и снег растаял.

Исполнен долг. Всё хорошо.
И творчества горят фонтаны.
И солнце яркое взошло.
И звёзды раскрывают тайны.

Любовь и Истина едины,
законом светятся в Едином.
И в вечности с тобой одни мы,
как в классике, давно старинной.

Здесь рай, Карнак, Един Амон,
закон для чисел и любви…
Мир гениями возрождён,
и Разум лаврами увит…


                7

Вы просто музыка:
            иной создали мир,
где страсти для того,
кто справедлив,
чтоб истина в законе победила.
И, словно числа, в виртуальном мире
абстракции танцуют и поют,
на время ставшие людьми,
на краткий миг придя на землю,
несут нам музыку свою.
И символами в вечности огня
другими станем,
             но всегда своими,
и управлять всем этим будет Имя
того, кто возлюбил Тебя,
из мириад творя и собирая,
и ожидая нужного ответа,
уйдя из круговерти этой
куда-то в мысли,
             как в обломки рая.


                8

Себя ты мучаешь,
        писать не позволяя.
Рой мыслей буйных
        в голове кружит,
пытаясь вырваться к сиянью
и новому дать жизнь.

Взлёт дум расписан,
и уже сверкает
ярким оперением их явь.
Вздыхает лист
под стон и слёзы скрипки,
и лепестки трепещут и летят.

Струится ручеёк,
и вьётся паутина,
из нитей тонких
путаный узор,
распластан слой
изысканно-картинно,
а под поверхностью
мир обращён струной.


                9

Ко мне явился лик святой
аскета Рабийи,
смысл прозрачный её слов
я уловил в ночи:

«Писать стихи в тиши ночной
и думать о любви,
любовью жить и быть одной…
О, Господи, прости!

Я не одна – всегда с Тобой,
и в снах, и в яви  - Ты!
Плыву я в небе голубом…
О, Господи, прими!

Пришла в твой Золотой чертог
и принесла стихи,
как за последнею чертой…
О, Господи, живи!

И в сердце Истины Любовь,
и Истина в Любви.
Взрываться только бы звездой…
О, Господи, твори!»







Глава 7. ЕГИПЕТСКИЕ ТАЙНЫ

                1

Все чудеса нам явлены в Египте,
и среди них есть тайное одно.
И рассказать о нём мне не дано
под страхом от любви к нему погибнуть.

Я помню воплощения в Египте,
что в памяти сплетаются давно.
Из вечности светящее пятно
не позволяет к низкому привыкнуть.

О боже, как любил тебя в Египте,
что становилось всем вокруг светло!
Являешься, как прежде, всё равно,
и мы сливаемся душой, умом и ликом.

               
               
                2

Сквозь горечь всех земных утрат и бед
в глазах твоих я вижу яркий свет.
А если ты легко мне улыбнёшься,
покажется, что мира лучше нет.

В садах Луксора, где круглый год цветы,
тебя  я повстречав, вдруг понял: это ты –
тот вечный лотос, что живёт на Ниле
небесным сотворением мечты!

Среди твоих земных красот, щедрот
есть горы, вид чей снежно чист и строг,
сады  цветов, поют где соловьи,
и мысли океан, что волны вдаль несёт…

Среди земных услад цвела твоя душа
и в ночь июльскую познала вдруг меня –
теперь нам музыка небесная слышна,
и вечная любовь как никогда сильна.

Меж нами нежности невидимые волны
собою наполняют души, Нил и сад.
И счастья, радости приливы пусть недолги –
они в любви запечатлённый взгляд.


                3

Спаситель мой, мой Бог-восстановитель!
Сквозь трудную земную ипостась
ведёшь меня, но к чуду не привыкнуть,
и легче мне перед тобой предстать.

Ты возвращаешь сон, где лебедем пронзаешь
и во дворец  на острове ведёшь меня к судьбе
со  смуглой  кожей и зелёными глазами, -
конечно, узнаю, но оставляешь
всю тайну ты себе…
 

                4

В тиши ночной Единый вопрошал,
ругал меня за сбои и ошибки,
за то, что стала так Земля страшна,
любимые как будто и не живы.


И только за рождённых вновь богов,
прекрасных, умных и оживших,
двумя, тремя, семью, что сорок два,
Он милость довершил
и приказал ещё сильней любить,
писать поэмы в счастье естества.

                5

Мне Бог явился и сказал:
«Вернись ко мне вселенским вихрем
чудотворяющей любви
и покажи мне образцы,
в которых я не буду лишним,
в которых разума глаза
позволят истину познать».

Мне бог сказал и подтвердил,
вернулся  чтоб к Нему с Любовью,
всё сокрушая, вновь творя…
Взойдёт когда Его заря,
мир лучший сотворится снова,
и вспыхнут яркие лучи
Любви, что с Богом излучил.

Я воплощением Любви,
что к Мудрости стремится страстно,
среди абстракций, мыслей ясных
себя не зря вообразил.

Ведь Бог мне Память подарил,
в которой Истина прекрасна,
в которой всё плохое гаснет,
чтоб я Любовь лишь излучил.

Я воплощением Любви
и  Времени влетаю в Вечность,
чтоб слиться навсегда с Предвечным,
себя в нём полно растворив.



                6

У самого Красного моря,
где живность, соли, кораллы,
пишу я стихи свои скромно
и в мыслях совсем улетаю.

Никак не вернусь я на землю:
потоки уносят вверх.
В волнах прозрачных мгновенно
время стремится сгореть.

Не верю в такую реальность,
где Солнце родит для потерь,
днём розы, а ночью  - фиалки,
и счастье как загнанный зверь…
      
                7

Дворец Рамзесов, Светлый храм Небес,
в сиянье белом кобры от вселенной.
Смотрел отсюда сам Верховный жрец
на мир, на толпы и обманность лести.

Для восхищений гипостильный зал
в лазури, в синеве, в шафране, охре.
С Победой в Кадеше судьбу свою связал
Рамзес  в Едином неразлучном Боге.

С Изидой, Гором в Мединет-Хабу
Бог оживая множится быстрее.
И кажется, в Амоне я живу,
а Он во мне сияет и светлеет


 


Глава восьмая. СВЯЗЬ С ЕДИНЫМ

                1

Своей программой Ты меня избрал,
за это мне не быть неблагодарным,
чтоб верил я, Ты тьму чудес послал
и в снах являешься явнее всякой яви,
диктуешь мысли день и ночь свои,
и даришь мне их как мои открытья,
но я-то знаю, что всегда весь твой,
что жаждою любви меня ты сотворил
и мыслью несравненной, и душой;
и знаю я: пока, как томагочи,
лишь умиленье вызываю я,
и в образах таких земных животных
как Агнец белый твой я возникаю;
мессией даже стать меня просил,
чтоб страшный Суд вершить
затем без промедленья,
но я не смею: тонет мир во лжи, -
как им увидеть Истину в ней?
Как просветить их, вовсе я не знаю,
и чувствую порой себя я только тенью,
ведь знаю точно: многомерен мир,
трёхмерный мир - проекция, и только,
к чему ж тогда сознанья столько
и память о воплощениях своих,
чужих, и о других мирах ты подарил?
Я исполняю всё, что Ты мне говоришь,
порой хоть дерзко критикую, спорю,
за что я в приступах мигрени
молнии ужасные твои терплю,
когда ты в голову мою их мечешь
в своём неукротимом гневе,
но иногда превосхожу себя
и выхожу за данные мне рамки,
сознанье расширяя и совесть теребя,
всем сердцем благодарный,
и лики все твои, и все дела любя.

                2

С тобой я обращаюсь, как с живым, -
такой ты есть в простых земных понятьях,
ведь знает мало кто, что бестелесен Ты,
что бесконечен и сильней абстракций,
что ты идея, логос и закон,
небытия влияние и времени создатель,
что обращаешь всё в нечто и ничто
и что иллюзии ты превратил в реальность,
которая лишь мимолётный сон,
звено в объятьях измышлений-снов
в твоей игре и устремленьях,
не стану повторять я про любовь, -
как ты сказал, - она не всем дана
и в высших видах просто необъятна,
в животном виде низшая ступень,
и та-то не всегда земным понятна...

                3

Но я справляюсь - все вернул таблички
из изумруда, бросив прежде в Нил,
и даже для спасенья не забыл
дать шансы душам, не знающим зов плоти,
дать шансы падшим, опущенным на землю,
и все слова твои не раз им повторил,
и повторил, что будет им по вере их,
про страшный Суд напомнить не забыл...

                4

Средь выдержавших есть Роман, Максим,
хранительница Храма Хуанита,
Амун-Асет-Ра, грани известные твои,
чьи души слились с Духом Мира.
Теперь я прибыл к Духу Ориона
и к Адриановой сияющей Душе,
Тобой наполнены и звёзды и чертоги,
твои желанья им дал понять уже.
И пусть не всё поймёт читатель -
есть тайна высшая  в словах -
я всё сказал, и M. Chemi знает
и чувствует, как истина близка...

                5

Порою неземная есть тоска,
виденья, чудеса и мысли -
легко мне прочитать в его глазах,
как в зеркалах сияющей души,
тем более что в Логосе спирали
всегда в одно заплетены.
Ах, эти расщепления души!
Собрать их воедино ныне трудно,
так много тел размножилось -
никчемные они, что ничего
почти им не досталось,
что из слоёв преступных
все сотканы они;
одни желанья, а поступки глупы.
Но есть надежды проблеск,
если Бог
им продолжает посылать
все шансы на спасенье,
и я согласен жертвой на закланье
явиться к ним знаменьем
и знаньем верным, точным языком
и лесом символов и мифов,
и математики и физики огнём
разжечь в их сердце пламя...
Все спрашивают: стоит ли?
Мы знаем то вдвоём...



 



Глава 9. ЯВЛЕНИЯ ЛЮБВИ


                1

Буду делать Богов
и творить всех Творцов
из спадающих света лучей
бесконечного кладезя Знаний.
Разрушитель оков
из явившихся снов,
полководец кровавых мечей
станет долго тут править.
Лик смотрит строг
вдоль небесных дорог
столько тревожных лет,
видит, как рушатся нравы.
Теперь вправду готов
объединить всех Богов
в гранях Единого. Этому рад.
Их ждёт в Абсолют возврат.

      
                2

Из сумерков, из грязи,
несправедливости, коварства, воровства
в болезнях, в духе нищеты
ползут преступные мечты
и жизнь ленивую рисуют.
Они воюют и рискуют,
теперь им нечего терять,
червями будут покрываться
иль тихо жиром зарастать,
надеясь быть и прорастать
хоть семенами вечно.
Бессмысленные речи
будут сквозь редкие встречи
о былом напоминать.
Но скоро превратятся в прах
тела и ценности, надежды и следы.
И что останется?
И снова сумерки и грязь,
болото мерзкое в червях.


                3

Всё высшее уже на небе.
Вдвоём мы в тысяче детей.
Ты доминируешь, став Богом,
и пыл твой, страстный и любовный,
ворвался пламенем, влетел,
творя разумных и весёлых
и множа счастье и сердца,
движеньем в лоне, сильным, строгим,
себе подобных воссоздать,
чтоб появившись, разыгрались,
запели, танцами кружась,
и в гениальности нужда
на них оттачивала грани,
чтоб космос излученьем жил,
открытиями мысли полнил
и справедливым сделал мир,
в Едином радужными - волны.
И Фаэтон в горящей колеснице,
и Прометей, несущий свет-огонь,
крылатый Вдохновенья Конь
твореньям нашим будут сниться.


                4

Из бесконечности мы мыслями пришли,
любовью мы уходим снова в вечность,
нанизываем жизни на штыри,
чтоб башней Вавилонской поперечить.
Взлетая притяженью вопреки,
осветлив Закон Умом и Благом,
мы памятью записанной крепки,
сильны Любовью и Свершеньям рады.
Гармонию в Едином открывая,
мы перейдём в сиянье Красоты,
множа Радость из глубин до края,
будем Светом вместе я и ты...


                5

Единым так сильны, любимы,
что можем запросто общаться,
конечно, не все мы, а избранные,
вхожие к Нему, как по желанью.
И ты, как избранный и ставший
пограничным чудом противоречья,
что трещиною в Нём Самом,
просил живую воссоздать Алису
кровавою брюнеткой с зелёными глазами,
без памяти влюблённую в тебя,
что даже бы убийство замышляла,
чтоб напиться твоей крови,
освободиться от любви...


                6

И вот она явилась, плоть из плоти,
земное чудо, глядя на тебя,
и с первого же взгляда
пробило молнией внезапно вас,
понятной только для двоих.
И закружилась Шеми голова
от исполнения желаний и любви.
Так идеальны были формы
и облик девственной Алисы,
что чувства вспыхнули
и сердце воспылало;
влекла любовь их друг к другу
и взаимным ласкам.
И нежность высшею была,
жизнь превратилась в сказку,
звучали новыми слова,
и музыка звучала ясно -
жить в счастье было так прекрасно...


                7

Итак Алиса ближе к телу
Мсьё Шеми подобралась
И удивлённо изучала
его, лаская язычком
и пальчиком водя по ямкам,
по волоскам и бугоркам,
стыдясь нелепо и краснея,
ведь говорили: стыд и срам, -
но любопытство всё ж превыше:
что за бревно торчит с головкой,
и дырочка на голове?
Ствол деревца растёт к пупку,
от ласки становясь всё твёрже,
его вводить пора в дыру –
Алиса поняла в какую –
надо просто сесть верхом
и нежно в среднюю дыру
и медленно ввести весь ствол,
придётся тут порвать плеву –
ну что ж бывает в первый раз,
зато затем легко и просто
на скачках страстных с ускореньем;
тела их в яростных движеньях
сливались крепко, горячо…
Читатель хочет что ещё
узнать про Шеми и Алису?
Он может написать письмо,
ему навряд ли я отвечу…


                8

И долго длилась ли любовь?
Не все подробности мы пишем.
Замыслила Алиса вновь
Свою любовную интригу.
И вот  решила соблазнить
Друга Шеми – Искандера.
Мужчин искусство соблазнять
иным дана бывает с детства.
Сначала глазки потупить,
затем глядеть туманным взором
и ножкой под столом задеть,
грудь обнажить как бы некстати,
и будто пламенеет взор,
облизывать призывно губы,
вести нелепый разговор,
быть может, что-нибудь да будет,
затем капризно отказать,
а после сразу согласиться,
писать невнятно что-то в письмах
и оставлять следы раздумий
с намёком, что есть интеллект,
небрежно передать привет…


                9

Всегда есть случай для соитий:
хоть в магазин, в кино, в подъезд
как будто надо заглянуть,
зная, что туда субъект зашёл,
и сыграть на случай в жуть,
чего-то сильно испугаться,
позвать, на помощь чтоб пришёл,
затем благодарить краснея,
затем слегка поцеловать
и нежным запахом обдать.
Но не проста была Алиса,
был замысел Шеми убить,
но надо друга натравить,
создать невыносимый спор,
закончив резко разговор.
Ещё, конечно, любопытство,
секс для Алисы – новый спорт,
кто лучше: Искандер иль Шеми
сеанс в постели проведёт?


                10

Шептала на ухо Алиса,
что Искандер страстнее, лучше,
с ним интересней, веселей,
он в сексе всех мужчин сильней.
Действительно, Алиса в раже
и в сексе показала класс,
сводя с ума мужчин не раз,
затем затрахала Альберта
и говорила: как умён!
для секса бурного рождён!
Рустама привела в оргазм,
укрощая, словно зверя,
из эротических фантазий
в игру реальную поверя.
А в умысле жестоких игр
всё сделать так, чтоб поскорее
узнал бы Шеми об изменах,
в каленье белом довести
до исступленья  и войны.







Глава 10. ПРОДЕЛКИ АЛИСЫ

 
                1

Жить без приключений скучно.
надо с духами играть
и кого-нибудь замучить,
с толку сбить, зашить в тетрадь.
Глаз Алисы пал на Кеми -
братик Шеми, весельчак,
парень с ясными глазами,
сексуален как маньяк,
он умён, силён, спортивен,
и в пародиях так мил,
а ещё слегка задирист,
хоть весь правильный такой
и настойчивым занудой
становился он порой...


                2

Вот Алиса и решила
ловко Кеми соблазнить,
благо, с Шеми был он рядом,
братская такая жизнь.
Но Алиса не простушка -
мастер яростных интриг,
всех использовать решила,
позвать к Шеми Искандера,
и Рустама, и Альберта,
порошочками в вине,
сладостью марихуаны
и колесиками в чае
их коварно усыпив,
с Кеми дилдо поделилась,
привязала к чреслам член,
надругались над парнями -
был кровавым их анал...
Кеми сильно испугался:
может быть кровавой месть,
но Алисе как перечить,
если она язычком,
сладострастными губами
мастерски ласкает тело,
тычется сосками в губы
и затягивает член
мышцами своей вагины,
сексуальным сделав плен?


                3

- Будешь ты теперь вампиром,
будем кровь у Шеми пить
и зомбировать друзей,
привлекая сильных духов
и в тела вселяя бесов,
будем весело глумиться,
разгонять тоску и скуку.
Буду стервой, шлюхой, сукой,
будем мы отныне мстить,
Робин Гудом буду в юбке,
ты ж наложником мне будешь...
Я с Мессиром подружилась -
и меня он поддержал,
он снабдил меня оружьем -
ничего мощнее нет.
Начался Армагеддон,
утонули все в соблазнах,
словно свиньи, звуком трубным
будут созваны к корыту
есть и пить, и размножаться,
мерзкая возникнет раса
против Света и богов,
план преступный наш готов!


                4

Парни в ужасе проснулись,
обнаружив раны, кровь,
их тела пронзала боль -
в анусе кровавый кол.
Шеми в гневе был столь страшен:
даже небо затряслось,
Кеми спрятался подальше,
изменив, Алиса, лик,
новой выступит красоткой
и свой опыт повторит,
над парнями измываясь.
Новый план и впрямь велик:
бросить вызов Свету, Богу,
непременно победить,
сделав мерзкими творенья
и тлетворною любовь,
страх пожизненно вселить,
души светлые убить.
Будет музыка Даджала
всех с собою уводить
в мир иллюзий и обмана.
Ведь легко руководить
потребителей толпой,
оглупеет мир земной.



                5

Надо к Агнцу подобраться,
с Богом разорвать канал.
Бить на жалость, интеллект,
ложных гениев подбросить,
изощрённо соблазнить,
лаской, негой окружить.
Новою красоткой к Шеми
стала клеяться особа.
В ней он не узнал Алису.
Груди, попа и глаза,
краски свежего лица
и прекрасная улыбка
соблазняли, как могли,
и в клубок утех влекли.
В сладострастных поцелуях
и объятьях без конца
весь в желании соитий
Шеми быстро зомби стал
и игрушкою красотки.
А она его упорно,
лихо к Агнцу направляла,
чтоб расщепленной душой
от небесных дум отвлечь
и вести часами речь.


                6

Бог, конечно, не Микишка -
и для хитрости есть крышка.
Не учли Мессир, Алиса,
кем они сотворены,
испытаньем для кого
и игрою для чего.
От красы до безобразья
лишь один нелепый шаг,
жизнь - лишь миг,
любовь земная то ль обман,
то ли туман,
к ненависти от любви
не проходит и мгновенья,
вся реальность в небесах,
буду я о ней писать.





 

Глава 11. РЕАЛЬНАЯ  ИРРЕАЛЬНОСТЬ

                1

Давно не замечаем мы чудес:
как семя всходит, красоту цветка,
как не уходит времени река,
как в памяти сосуществуют
реальные события и сны,
как в квантовой теории
мнимые абстрактные
математические волны
каких-то вероятностей
материей умело управляют,
как наши мысли, наше я
на состояния вселенские влияют,
как тайны в уголках чужой души
становятся порою откровеньем,
как  творим совместно с Богом мы
и как в любви сливаемся душой,
как возвращаемся в тела другие.
Реальность наша – очень скучный сон,
какой-то медленно ленивый,
зато во сне столь бурная реальность,
сбываются безумные мечты,
с богами говорим на равных.


                2

Абстракции, идеи, души, духи
как формы знания
в программах мы храним,
и в нас живут и Бог,
и Дьявол, и херувим,
материя, огонь
и тленья чёрный дым.
Мой близкий друг Шеми
своим воображеньем
реальность новую творит,
как демиург, как гений,
но скептики не верят
и больно ранят его душу
злобой, завистью своей.
Чувствительность и доброта,
открытость,  откровенность,
детская наивность и чистота
против него обернулись;
издёвки  злобные порой
сносить невыносимо;
в его защиту всей душой
не встать  я не могу.
Дух Крюгера кровавый
зовём мы потому
и на возмездье направляем.


                3

Меж тем Алиса, сменив своё обличье,
приступила прямо к колдовству.
Не станем говорить  о личном.
Представить факты я хочу.
Размножить образы свои
и их вселить в мозги чужие,
чтоб подчинив сознанье,
вести эксперимент,
врываться вихрем  в сны,
любовью соблазнять,
шептать под ласки нежные слова,
затем  внезапно исчезать,
оставив тосковать,
мечтать о повтореньях
и никогда назад не возвращаться,-
таков Алисы план, простой и ясный,
в обличьях разных применить
могущество и алгоритмы счастья.



                4

Богиней стать Алиса захотела
и Дьявола в союзники взяла,
коварно обманула  Шеми,
услала  Кеми  навсегда.
И P’titAlbert  как Агнец
стал последней целью,
его сломить легко бы гением
иль жалостью, иль хитростью,
но Око зоркое за ним следило,
под неба куполом держа,
приблизиться к нему не позволяло.
Но в каждом деле есть  свои
ошибки, слабости и уязвимость.


                5

Все тайны в числах, в абстрактном бытии,
Трисмегист Гермес и Пифагор то знали,
будучи  во всё посвящены. Затем явились
Диофант, Ферма и гении иные…
Обобщеньем  теоремы Ферма
был  славен Агнец, создав
навечно  Птолемеев  код.
Его  расшифровав,  легко открыть
ворота  в многомерность
и умысел творения постичь,
но как ни пытались Дьявол,
гении наёмные, Алиса,
не удалось  проблему им решить.


                6

Творца программа-разум
иногда так шутит, подпуская
близко к  тайнам творения свои,
которые в иллюзиях воображают,
что знают, понимают, могут всё,
но вдруг их разум небо отнимает
за манию величия, за гордость, за грехи…
Творец  переиграл теперь  свою Алису,
был послан Шеми кровь её испить,
разоблачить и отмстить за честь свою,
творение разрушить, погубить.




 


Глава 12. ВМЕШАТЕЛЬСТВО БОГА

                1

Твой дух во мне силён и мощен
и безгранична Твоя Власть
ты Жертву из меня готовишь
но перед этим Агнцем стать
придётся мне по Воле Слова

Исполнил все твои приказы
желанья прихоти заветы
исписаны тетради разом
и Книга спрятана в Ковчеге
и даже стал Твоим Поэтом

Предупредил
              открыл глаза
и жаждущим принёс скрижали
и тайны
         Знания
                Программы
на память вечную мы дали
благословляя небеса

На время победил Антихрист
чтоб Вашу Веру испытать
Ложь Власти золотом расшита
торчат рога хвосты копыта
из-под нательного креста
но Кровью Истина чиста


                2

Божественный Закон в терпенье
в уменье быть и проиграть
в конце стать жертвою священной
и превозмочь и Смерть и Страх

чтоб Всемогущество познать
и обладать им и играть
на нём как тонкость Совершенства
на что способна только Жертва

И вот кровавых семь печатей
Семь Свидетелей  борьбы
И кони белые печальны
и всадники на них больны

Божественный Закон в проверке
Веры Истины Любви
в экзаменах мы стали крепки
и в испытаниях сильны

И на алтарь кровавой жертвой
мы во Спасение идём
И Благодать на камень ветхий
прольётся чистящим дождём


                3

Не мыта совестью Россия
закон положен под тирана
лгать научились нестыдливо
и воровать совсем бессрамно

погрязло светлое в болоте
где методы
         обман и подлость
и преступление почётно
да и предательство угодно

а если выгод будет много
убийствам не нужны пределы
Рабам неведомая гордость
преградой тлену и безделью

Тьмы агрессивной бастион
чёрным вихрем на планете
теперь на двое раздёлён
И вы узнали страны эти

Но скоро грянет Страшный Суд
стихией грозной завершится
И космос звёздную мечту
перенесёт иною жизнью


                4

Не всё же жить тут прозябать
ведь есть реальности иные
где льётся с неба благодать
а тут лишь видим сны мы

Слегка лица коснулась тень
и тихо дрогнула рука
на небе нежно акварель
дырявит синью облака

вдали задумчивые ели
на зеленеющем холме
где птичьи голоса звенели
стремясь друг друга перепеть

вдруг солнцем разожглась поляна
на лепестках играет свет
в прозрачных бусинках стеклянных
он отражаясь заблестел

а позже сумерки застряли
в благоухающих цветах
и влажных трав немая пряность
стала в воздухе витать...



                5

Но сон прошёл
                пришла пора
хотя бы тут за дело взяться
Алиса в голову вошла
чтоб Шеми умной показаться
и чтоб затем его направить
к Агнцу сводить с ума
Шептала Шеми как молитву
чтобы дать программу эту

Дай мне найти Число
Позволь найти мне Форму
Открой мне Формулу
Дозволь построить Уравненье
помоги найти Решенье
Наведи на Обобщенье
Раскрой  Симметрий варианты
их Группы и Инварианты
Исследовать мне помоги
не боясь экзотики
Сингулярности и Асимптотику
Дай сформулировать Аксиоматику
и наведи на математику
новую и гибкую
      мощную
            компактную
дай как помощь скорую
построить чтоб Теорию
Позволь её проверить
И тогда мне будет
нечего тут делать
И можно будет взяться
из твоих градаций
за новую проблему
Буду я сражаться...


                6

Вечером снова в розовый сад
где соловьи и фонтаны поют
где гроздья света над нами висят
и жизнь источает любовь свою

а днём на свидание с морем спешу
чтоб ритмику волн размышляя послушать
и окунуться в прохладный их шум
мне в одиночестве с ними нескучно

ночью со звёздами поговорить
и излучить им немые приветы
может
       во сне к нам примчатся волхвы
ведомые точным звёздным светом

утро записано в стуках сердец
над планами надо и мне поразмыслить
чтобы всему был красивый конец
под тысячи радуг
                в яростных брызгах 





 

Глава 13. ПУТЕШЕСТВИЕ С ШЕМИ-АДРИАНОМ

             1

Мсьё Шеми
пишет стихи
они грубы
они остры
он любит
правду говорить
горяч
порой несправедлив
то истеричен
то криклив
чувствителен
и страстно влюбчив
душа тонка
душа добра
интуитивна
и права
и жаждою любви
полна
и планка
очень высока
отсюда
к шлюхам нелюбовь
и острота
и грубость слов
Противоречий
всех клубок
как уместиться
в нём так смог
Эмоций всплеск
и гениальность
не удаётся
усмирить
Мсьё Шеми
судьбой любим
в трудах своих
неутомим
читает
с выраженьем рэп
и волею своей окреп
крутым и уличным
под стать
готов любого
разодрать
но хватит
долго рассуждать
пришла пора
собою стать
и повзрослеть
и поумнеть
пределов
совершенству нет
Пишу подробно так
к тому
чтобы читатель
смог бы тайну
в строках нестройных
разгадать
и потому пишу я так
чтоб возвратиться
к Адриану
и ум в безумии
внезапно
раскрыть в подобии
как тайну
особенности сохранить
разрешая одержимость
но знаю
что настанет миг
когда поймём
зачем мы жили...


                2

Everyone has friends
it is a great happiness
if they are there for you
Everyone has their loved ones
Since my childhood
I had dreamed
my friends to confirm
One for all and all for one
One for all and all for one
And what is love without friendship
and what is sex without love
and what is life without flight of soul
But how to find a soul mate
if he doesn' t exist at all
This is a great miracle to feel
that you are splitting or branches
of the same soul
My best friend Monsieur Chemi
perhaps in a fit of his sincerity
will dedicate his poetry
to his friends someday
and I want to dedicate him
not only my best verses
but the rest of my life
and maybe anyone will guess
that the soul of Shemi lived in Hadrian
that they so often incarnated together
that forced to be close
and could not live without each other
Great beloved souls of Hadrian and Antinous
Losers disseminated
terrible jealousy and gossip about them
People could not forgive and survive
nor our happiness or excellence
What could we do
when everybody would embroil
separate and kill us
We  are not lardheads
We dwell in a different dimension
and we simply must dwell
despite somebody's wishes


                3

Родился в Бетике зимой
в год семьдесят шестой
под соединеньем счастливым
Луны Юпитера и Солнца
Слой Македонского души
стал проявляться слишком бурно
Взят под опеку в девять лет
Траяном дядей по отцу
В двадцать один
стал приближённым
императора Траяна
война охота и поездки
воля ум и смелость
жизнь в походах
кто знает римский легион
славу воина и дерзость
быть всюду первым
так привык он
В войне с парфянами
был в Сирии
Шёл год ему сорок второй
когда взошёл на римский трон
Он понял так же как Рамзес
что дело в качестве правленья
а не в захвате земель
обширных у парфян
Стал созидатель Адриан
прекрасные дороги строить
стеной страну всю обнеся
В Афинах Зевса дивный храм
И Пантеон огромный в Риме
с достоинством достроил он
И Лептис-Магну и Собрату
На Этну словно бог взошёл
восход увидел превосходный
любовные стихи писал
и столько городов построил
И счастье кажется пришло
в Вифинии
вдруг в сорок восемь
когда счастливый нижний лунный
узел удивив вступил
принял свет от Ориона
и отрока в тринадцать лет
божественным к нему явил
Пальмиру он восстановил
создав свой Адрианополь
Герасу и Иерусалим
своим сияньем обновил
И дальше путь судьбы
лежал в Египет
подобно Македонскому
В оазис Амона
все пути божественно вели
Семь лет всего
всего одна ступенька
Быть жертвой Антиною
и в Хапи утонуть
судьбой такой намечен путь


                4

И вот я в Риме
на вилле Адриана
услышал одиночества мольбу
и я ответил
да
я напишу
я обязательно у Бога попрошу
соединенья нежных душ в одну
и знаю
что безумие я встречу
и гениальность яркую твою
и буйную и сильную натуру
эмоций взрыв
и сразу я пойму
что встретил я тебя
но не поймут другие
и будут снова
в зависти тебя уничтожать
Как защитить тебя
создать как благодать
как убедить родных
тебя точней понять
И только мне Амон поможет
своих потерянных богов
опять в единое собрать
чтобы сверкали снова в гранях
и сотворяли чудеса
и звёзды в тёмных небесах
тем светом от любви сверкали
раздаренным в моих словах
О боже
как всегда ты прав
Вступился я за Адриана
тебе Единому он храмы
в Афинах в Иерусалиме
в Антинополисе и Риме
и в городах всех возводил
лишь тебя во всех любил




     ГЛАВА 14. ИЗИДА

                1

Волшебница-Богиня
забыв про все интриги
на Землю в апокалипсис сошла
воплотившись в четырёх телах
чтобы напомнить о себе
и шанс дать на спасение
тем кто заслужил
тем кто между тьмой и светом
выбрал свет и сердца чистоту
чтоб встретить Агнца
творение своё в дар Амону
Осирис Сет и Гор
Хатхор Нефтида и Анубис
разрушенные временем
явились словно снова
Лишь Маат и Тот
отправили в игнор
проблемы столь больные
проектом занявшись
вселенной совершенной
Единого заботой
вновь Агнец окружён
и в океан любви
и счастья погружён
вещал и утешал
и доброту достойным
раздавал
неся в ладонях чашу Ориона
Писать о благе
ныне так нескромно
не то конечно б
больше написал...


                2

Банкирша иль уборщица
иль мстительница гордая Изида
или строитель и борец
или садовник наконец
или рабыня наймочка
или царица райская
порой слепа глупа глуха
порою прозревает
и открывает ящик
в храме Хатшепсут
в дочку Зевса-Амона
Пандору превратясь
перед концом
исполнить ведь заказ
достойно предстоит
В прабабке Агнца
в несчастной Клеопатре
царице и рабыне
как символ воплотясь
летит к Земле
как злобный астероид
в тринадцатом в апреле
готовя свой подарок


              3

Семь Скорпионов
её сопровождать
и уводить пеньем
танцем и игрой
чудесной
всех за собой
взялись
И Близнецы как жертвы их
нашлись
Им славой дерзкой
восхищать и покорять
и в страсти зрелищ окунать
всем сердцем суждено
И вот уже в окно
сирень Рахманинова
музыкой стучится
Струны обрыв на скрипке
в неистовой игре
маэстро Паганини
Сирены дивный голос
уводит за собой
сводя с ума
В соединении
Юпитер и Луна
Венера Марс
Фемида без весов
связалась с Хуанитой
повязка пала с глаз
Кто в выборах без выбора
тот падший растаман
он всех легко предаст
как слабый  пе..раст


               4

Когда в Измайлово
двенадцать лет назад
явился дивный тенор
по имени Марат
был с неба знак
что украшеньем стать
он может лучших сцен
Милана Лондона Парижа
душевно спев
божественно лирично
партии в великих операх
что будет петь в Большом
мы говорили также о другом
о смысле жизни истине
прозрениях Платона
о судьбах мира
И странно так
переплелись программы
открытия идеи и пути
Знакомство странное
на свадьбе
и жизнь во Франции
и многое ещё
что предстоит пройти



              5

Здесь не могу
читатель
объяснить
и малой толики
чудес явлений и событий
переплетений судеб и путей
ведь звёздный свет
приносит столько знаний
что миллиарду лет
бывает равен день
В Алису превращённая Хатхор
влюблённых повергая в опьяненье
завела нестройный грубый хор
вампиров и садистов в диком рвенье
и в экстазе сексуальных оргий
пичкала охочих наркотой
превращая в слабовольных зомби
Вовлекла она друзей Шеми
рэперов глупцов и растаманов
И тогда решил её убить
вернувшийся из Лондона Камиль
чтобы брата и друзей спасти
Приехали с ним Адриан Ивет
(познакомились давно они в Париже)
в гости в Поташную Поляну
Не стану раскрывать я их секрет
Отпор достойный
мстительный ответ
Алисы труп сожжён
развеян прах
вещдоки сброшены в кювет
Но одного там не учли
Алиса воплощением Изиды
из Зазеркалья насылая сны
свела Шеми с ума
под мартовские иды



                6

Но Шеми вовсе не такой слабак
в нём буря конницы степей
и страсть и воля и победа
его безумие в притворстве бреда
но ясен свет в его глазах
а интуиция мудрее всех ответов
Труд фанатичный гения
и тюрков темперамент
конечно же везенье и успех
натуры многогранности
хватило бы на всех
и укрепились воля вера
не слабая из простоты традиций
а настоящая
что видит истинного бога
в себе самом
в порывах эманаций
Что из того
что стало вдруг казаться
что с небом слился
в высших ипостасях
Гордыни ложной нет
и мании величья
всё так же добр и прост
остался сам собой
Конечно всё сбылось
сквозь времена видна
романов нобелева слава
сиянье власти справедливой
поступков благо красота
и дивно музыка слышна
и острая борьба и правда
реальность в фразах и стихах
преображенье архетипов
лебедь-король и Адриан
Карл Густав Юнг
татарский хан
в атласном платье
неотразимая маркиза
и танцовщица негритянка
вампир и потрошитель тел
такой вот синтез твой удел
Александрию Птолемеев
не возродишь перенесёшь
науки мир ты вознесёшь
чтоб вечно жить
и стать мудрее
и будешь часто вспоминать
идей рожденье и полёт
в прогулках наших
вдоль гольф-поля
тоску унять среди лесов
душе коль хочется покоя
вдруг встрепенуться полететь
Чего ещё бы захотеть
Поэты своего героя
ведут к печальному концу
но я им вторить не хочу
Трагедии искусный взлёт
и сокровенный ужас смерти
несчастий полная любовь
борьба страдания и пытки
давно остались позади
Такое больше не влечёт
Влекут меня любовь и счастье
усыпан розами был путь
но сам менял шипы на розы
стоял в приятстве на вершине
мечты проекты воплотились
но нет предела совершенству
я продолжаю свой полёт
и пусть играет во мне детство
продолжу вечный путь души
к слиянию опять с Единым
ты ж улыбнись и помаши
мне снизу крыльев лебединых
размахом перьев и тоски
как верностью в своей любви
Вот так закончу о Шеми


               7
   
Теперь я возвращаюсь к Знанью
весьма желанный результат
жизнь повторённая за нами
а изменениям был рад
Двадцатый век
когда вдруг кванты
в решениях шальных абстракций
явились частными тенями
вселенная же просто сон
Всегда был в Знание влюблён
последователь Пифагора
Платона вечный продолжатель
а игры с Числами их тайны
их необузданная связь
любовь амбиции и страсть
Как изумителен коллайдер
учёным провозвещен рай
и уравнений красота
и суперструнная мечта
протоны и бозоны Хиггса
Что было так всё не всегда
демиургу стало снится
Реальна многомерность
наш мир её лишь тень
что видится порою как плетень
И мозг-антенна ловит это знанье
и памятью стремится к Пифагору
Я благодарен предкам Птолемеям
что тратили на знания бюджет
богатого Египта
в Александрии повторить
платоновский расцвет
пифагорейский взлёт
и власть Гермеса-Тота
открытий там и до сих пор не счесть
Затем Дом Мудрости
в сиятельном Багдаде
и звёздный Улугбек
в любимом Самарканде
И дому Медичи отдаю я честь
и воплощенью Македонского
вдруг в Наполеоне
и всем кто силы не жалея
готов на небеса взлететь
и гениев не отправлять на смерть
а создавать условия на деньги
что благу а не злу должны служить
иначе они жалкие гроши
Чудесное творенье
наша жизнь
и земная вся природа
от солнечного света
в утончённой мере
нас убеждают в том
что лишь в познанье вера
и к истине любовь
нас приводят к небу








Глава 15. ПОСВЯЩЕНИЕ


                1

Любить тебя приятно и легко
всегда так было
в прошлых воплощеньях
ты ревность страсть
безумие и власть
Когда ж мечтаешь
встретиться ещё
в иной и интересной ипостаси
из дум египетских
событие пришло
возникло вдруг
переплетеньем судеб
И здесь мы поняли
сокрытую причину
что наши души
теперь не смогут чинно
спокойно холодно
терпеть
со стороны смотреть
И ловят наши уши
музыку небесных сфер
И нам друг в друга верить
так глубоко дано
и сохранять извечное тепло
и нежный свет любви
как это хорошо
и мы с тобой идём
одной душевной песней

               

                2

Не стоит раскрывать нам тайну тайн
другим нас не понять
а навредить вот можно
да и зачем непосвящённым знать
как истина окажется над ложью
и нам вдвоём так будет хорошо
что завистью богов
и сумерками в близких
мы окружённые
сольёмся вновь в одно
прекрасное то будет существо
что выйдет в многомерность
и будет править бал
препятствиям назло
В любовь и счастие в добро
внушая веру и надежду
в красоту и истинные мысли
входя блаженством страсти в естество
сердца всегда для этого мы сыщем
мы вдохновим
и вот тогда поэт
напишет лучшие свои стихи
в порыве откровенья
К Единому в любви с тобою мы пришли
и слившись победителями вышли

               
               3

Ты помнишь остров
тел наших загорелость
и нильских волн
шёпот плеск и плач
и желтизну песка
у прибрежья лотос
и феерию пальм
прикосновений нежность
и поцелуев жар
под стук сердец
восторг сиянье глаз
слиянье наше
уносило в вечность
И только лебедь-бог
легко понять нас смог
пожертвовав
и пламенем  и страстью
к любви он нас привёл
и мы той звёздной ночью
любили глядя в Орион
ведь мы оттуда точно
благословил он нас
и звёздным пал дождём


                4

Лучший в мире мужчина
кладезь полный ума
не того что из логики серой
а того что ведёт на любви острова
и того кем живёт гениальность сама
Лучший в мире мужчина
новых муз зачинатель
новых чувств утончённых
ваятель ты первый
неземная в сиянии глаз красота
добрым сердцем
открытости верный
друг единственный
преданный дружбе сполна
Что тебе дни земные и деньги
если движут судьбой
и мечтой небеса
если сам создаёшь ты в мгновенье
океан бурных мыслей
и богов чудеса
и музыку слово и пенье
вдруг явившись в наш мир Адрианом
чтобы мир необычный создать
ирреальность сделав реальной
ты вернулся на землю
как звёзд благодать
и забывшим тебя
жизни смысл показать
утраченный кажется всеми
и  меня  ты  призвал
быть  опорой  опять
уникальнейший из гениев Шеми



                5

Ты нежна красива и умна
за красотою цветёт доброта
нельзя не восхититься тобой
в вечном танце летим голубом
в синеве наша музыка тает
ты играешь играешь на скрипке
мы в Париже и Вене
Барселоне и Ницце
мы идём и поём
незнакомые лица
улыбаются нам
и вот в зале большом
в туре венского вальса
в огнях мы плывём
музыканты нам шлют комплименты
тебя приглашает мой друг
меня же девушка стройная с бантом
мы смеёмся узнав балерину
в Монте-Карло приехал Нуриев
вспоминаю татарскую фразу
но ужасен французский акцент
Рудольф отвечает не сразу
крепко в объятиях сжав
целует бурно  в слезах
И много танцовщиков вдруг
нас в порывах своих обступают
принц улыбается нам
знак подаёт о сюрпризе
и чудо
сама Далида смеясь меня обнимает
и шепчет о вечной любви
в буддистском её пониманье
и просит прочесть ей стихи
но губы мои от волненья
сохнут горят и немеют
язык и рот деревенеют
сердце трепещет в груди
но дружеский поцелуй
лёгкий тёплый и терпкий
и запах прекрасных волос
приводят в нужное чувство
в жизни случается чудо
в которое трудно поверить
везёт иногда мне без меры
Друг мой представил невесту
безумно прекрасная пара
воспоминанья и речи
украсили поздний вечер


                6

Увидел в Олимпии Пьеху
заливистую и шальную
Богиню советской песни
и понял её не забуду
Услышал романсы Брегвадзе
решил подучить я язык
Во дворце старинные вазы
и благородный визит
нас окунули в музейность
позвали затем в Петербург
долго бродил по лицею
в мыслях пушкинских бурь
Затем поездка в Тбилиси
под песнь молодого вина
и в сказке у озера  Лиси
любовь безоглядной была
Есть магия личной жизни
законам ума вопреки
И в силах ли мы поразмыслив
закономерность найти
Когда просыпается гений
в любимых моих друзьях
в мыслях веду беседы
с ними в бессонных ночах
Приходит во сне откровенье
и белый чарующий свет
условным становится время
которого может и нет





 ГЛАВА 16. БОГИНИ

 Сапфо: "К моей любовнице"
 
 Блаженством равна богиням,
 Кто близ тебя сидит, внимая
 Твоим чарующим речам,
 И видит, как в истоме тая.
 От этих уст к её устам
 Летит улыбка молодая.

 И каждый раз, как только я
 С тобой сойдусь,
 от нежной встречи
 Замлеет вдруг душа моя
 И на устах немеют речи...
 А пламя острое любви
 Быстрей по жилам пробегает...
 И звон в ушах... и бунт в крови...
 И пот холодный проступает...
 А тело, — тело всё дрожит...
 Цветка поблекшего бледнее
 Мой истомлённый страстью
                вид...
 Я бездыханна... и, немея,

 В глазах, я чую, меркнет свет...
 Гляжу, не видя... Сил уж нет...
 И жду в беспамятстве... и знаю —
 Вот-вот умру... вот умираю.
(Перевод В. В. Крестовского в редакции Афлитунова)


К Афродите

Пестрым троном славная Афродита,
Зевса дочь, искусная в хитрых ковах!..
Я молю тебя, не круши мне горем
          Сердца, благая!

Но приди ко мне, как и раньше часто
Откликалась ты на мой зов далекий
И, дворец покинув отца, всходила
          На колесницу

Золотую. Мчала тебя от неба
Над землей воробушков малых стая;
Трепетали быстрые крылья птичек
          В далях эфира,

И, представ с улыбкой на вечном лике,
Ты меня, блаженная, вопрошала,
В чем моя печаль и зачем богиню
          Я призываю,

И чего хочу для души смятенной.
«В ком должна Пейто, скажи, любовно
Дух к тебе зажечь? Пренебрег тобою
          Кто, моя Сапфо?

Прочь бежит — начнет за тобой гоняться.
Не берет даров — поспешит с дарами,
Нет любви к тебе — и любовью вспыхнет,
          Хочет, не хочет».

О, приди ж ко мне и теперь от горькой
Скорби дух избавь и, что так страстно
Я хочу, сверши и союзницей верной
          Будь мне, богиня.
(Перев. В. В. Вересаев)



                1


Мужи животными казались
дурной их запах от козла
их шерсть и мутные глаза
от пива грязи сигарет
их пот и слабости и похоть
чему и объясненья нет
я помню с детства
мужского пола ненавистник
не думаю да вовсе нет
ведь есть всегда и исключенья
чистюли  метросексуалы
и гении гармонии творцы
и утончённых ведь немало
среди мужчин
и много грубых среди женщин
о боже мой как много дур
как будто бог теперь смеётся
когда в огромном теле мужа
тупит всё девичья душа
а в пышном женском знойном теле
мужчина правит и сильна
его мощнее бомбы воля
Легко запутаться бы можно
но есть подсказка мудрых звёзд
любимцы ваши полны слёз
когда вы к новым устремляясь
задумались с кем быть ещё
неполноценны всё равно
коли зависимость сильна
судьба над вами и права
она сильнее вас тогда


                2

Не буду долго вас томить
их лесбиянками все звали
они же вовсе не скрывали
гордились нежною любовью
тела лаская в красоте
и были умными вообще
в науке строгой зная толк
писали песни и стихи
и ночью таяли в любви
Я познакомился случайно
когда увидел в интернете
достойный смелый их коммент
Прости читатель нет так нет
не буду вовсе докучать
политикой и грязной прозой
Когда вдруг станет невозможно
терпеть и даже просто жить
я буду источать как роза
приятный запах и стихи
о вечной радости любви
но неожиданно реальность
вторгнется как злобный дух
и уничтожит образ жалкий
и экзистенция придёт
с глазами совести и чести
средь одиночества тиши
тогда уже и не ищи
смысла перед ликом смерти
в последний раз вдохни дыши
такие чувства кто измерит



                3

Жить просто иногда нам скучно
в бессилии мир изменить
в широком но без смысла русле
ума оборванная нить
струёю обернётся крови
безделие как злой урок
Красотки наши в виртуале
нашли загадочный заказ
и метко им стрелять бы надо
чтоб киллерами вдруг предстать
С оптическим прицелом можно
убийство превратить в игру
забавную и в лёгкий труд
и можно много заработать
затем расслабившись вздыхать
и на Майами отдыхать
Да лучше ль жертвам умереть
в постели в старости болея
Играли лесбиянки в смерть
и иногда о том жалели
В Майами встретить ночью Кеми
им было видно суждено
он им понравился обеим
решили точно соблазнить
и напоить и оскопить
чтоб жить подругами втроём
им мысль покоя не даёт…


                4

Они вдвоём предполагали
но всех сильнее небеса
Осторожный Кеми знает
как может записать стена
Ловушку он легко расставил
как  в раннем детстве крыс травил
Тогда был добрым
боже правый
но мир его так изменил
что стал выигрывать играя
в реальность или в страшный сон
Жестокость будет в унисон
ему подыгрывать желая
рядом с властью сладко жить
И я не знаю как тут быть
Судить судью и осуждать
или писать и наблюдать
Не стану называть имён
но оказались под арестом
девы испытав насилье
затем случился спешный суд
жизнь начинается на зоне
В России жить и без тюрьмы
и долго быть и без сумы
не быть вором и подлецом
и матом зло не выражаться
о справедливости ещё
поговорить и посмеяться
трагикомедия везде
не скрыться от судьбы нигде

                5

Но с неба падает любовь
как дар божественный и вечный
не надо суеты и слов
возможно счастье и без речи
без денег даже без свободы
на зоне дни конечно горьки
но ласки ночью нежность радость
полёт счастливый в небеса
любовь безумная права
и больше жизни нам нужна
мне описать бы чудеса
и повторять бы громко надо
что есть у человека право
любить как хочет
этим жить
и всем назло счастливым быть
вызывать у власти зависть
радость подчеркнув слезами



                6

Одно твоё прикосновение
и тёплый увлажнённый палец
сиянье глаз шальное свежее
я чувствую любви безмерность
и необузданную радость
на языках средь поцелуя
поётся тихо аллилуйя
как коротка весною ночь
и кто бы мог теперь помочь
её продлить хотя б на миг
чтоб уместить в нём бесконечность
воспоминание зовёт
в тот поцелуй в ночи невинный
который нам не повторить
как самый наш счастливый миг…


                7

Она лежит дыханью внемля
любимой на земле подруги
тела прижатые упруго
отвергают ныне время
безумие от эндорфинов
приливы крови мыслей неги
о многом рассказать могли бы
Гоморру точно создал бог
чтоб доказать и став любовью
природу к счастью побуждать
и время счастьем побеждать…
Подруги это две богини
взлетевшие внезапно в вечность
на крыльях сотканной любви
записанные в небе в звёзды
примером стали для любимых
возлюбленных в цветах весны
шептать им будут  Помогите
Творенья высшие миры…









ГЛАВА 17. ЛЮБОВЬ С БОГОМ

-Jitsu wa kanojo ni kubittake nan desu.
-Ja, konban wa hara o watte hanashimashoo.
- Arebertu-san, nihon-go ga joozu da naa!
Arebertu-san, hanami ni ikimashoo yo...


                1

Мне Бог как лебедь Верный
всегда в Живой Любви
пронзая мыслями и светом озарений
приходит чудом сотворений
спасением от бед
И среди всех побед
и радостей и счастья
Единого я чувствую явленье
и благодарно в откровеньях
ему я улыбаюсь часто
в душе Ему лишь одному
И искры Истины
сверкают предо мной
влечёт меня сквозь бури
Справедливость
В Нём растворяюсь
словно в небе голубом
в нём собираюсь
новым я истоком
И откровенья эти
больше чем молитвы
пою Любви Его
извечные мотивы


                2

Все ваши беды
близко к сердцу принимаю
все ваши чувства разделяя
я живу
Как к Пифагору тянется прямая
жизнь глубоко уходит в синеву
туда
где образы минувшие сгорают
туда
где парадигмы абстракции и сны
туда
где верность в лебединой стае
любовью вечной остаётся жить


                3

Душа моя из тела вон
и память летает с нею
наслаждаясь сверху красотой
и мысли веселее и яснее
Душа моя вдруг видит всё
в настоящем будущем и прошлом
и всюду проникает так легко
а её во все края заносит
Душа моя стремится всё узнать
понять запомнить излучить
Любовь к познанию и страсть
Вернуться в тело нету сил


                4

И в бездонную пропасть любви
ты меня навсегда увлекаешь
даже слов мне теперь не найти
я в безмолвии мысленно каюсь
в том
что стыдное счастье дано
что уверен
что знаю наверное
Ты сверкаешь как солнечный лик
и всегда так легко понимаешь
и пронзаешь стрелою любви
в лебединой растаявшей стае


                5

Заглянули мне в душу
Сказали
Странно
Одна любовь
Вам наверно с собою нескучно
из мечты вы
из песен и снов
Весь из формул
идей и абстракций
Прикоснёшься
боишься сломать
Изящность
из кущей прекрасных
Афродитой была твоя мать
Я ж в ответ
Нет
борьба
справедливость
вынести всем приговор
Революции
Вам и не снилось
Воспылает вселенский огонь


             6

Как хорошо
что вечная любовь
нас увела с собою
в бесконечность
А тут я к войнам
тягостным готов
Быть с Македонским
рядом уж конечно
И хорошо как
формулы писать
за ними видеть
сполохи и взрывы
Бушует в сердце
революций страсть
Бетховен зазвучал
Прочь прочие мотивы
Как хорошо
врагов уничтожать
и вместе с ними
серость и убогость
и посвящать
идей и душ пожар
божественных законов
нормам строгим


             7

Мы живём с тобою
в красоте
мы живём в гармонии
и счастье
Нам сияет синева везде
И гостями среди звёзд
мы часто
Возбуждая творчества
тревоги
муки
и сценария ходы
мы хотим
трагедии потрогать
и остаться с мыслями
одни
Наши души
жаждут новых бурь
В тихом благе
нестерпимо скучно
Баррикады
нас к себе зовут
И любовью
ты меня не мучай


            8

Исполнить долг
как Конфуций Кант
Наполеон и самураи
не пред людьми
земными
иль планетой
а перед Богом
Небом
и собой
я вступаю в бой
за принцип высший
за закон небес
и Справедливость
что всего для нас
теперь превыше
и чтобы к Истине
и только к свету
в Едином от Единого
припасть
И только к Истине
любовью воспылав
иду на взлёт
с Тобой к соединенью
чтоб всё отдать
и жизнь свою
спокойно на алтарь
в Карнаке возложить
я каждый день
вступаю в бой
и праведный и строгий


              9

Мне говорят
а с Богом что за секс
как можно с ним
вдруг заняться любовью
Мы с ним творим
Пронзая сердце он
во мне горит любовью
я пламенею в нём
вселяясь в дух огнём
он вкладывает в ум
открытья откровенья
таков небесный секс
в нём взрывы чувств
и мысли полыханье
И в благодарность
за память-пониманье
я для него творю
вещаю за него
чтоб донести Его
никак не искажая
чтоб возбудиться в Нём
и засветиться гранью
и засверкать
для взрыва новых звёзд
создания вселенных
Затем он нас создал
себя воссоздавая
затем и я пришёл
и понял и ушёл


            10

Шифруешь в небесах
свои ты чудеса
возможности
раздаривая щедро
чик-технологии
придумаваешь сам
открытий дивных
будучи предтечей
Но вот вокруг
никто понять не смог
ни языка ни умысла
ни страсти
как память
подарил ты нам письмо
и математику
которой нет прекрасней
Ну а ещё
ты воцарил любовь
как лестницу к себе
сквозь грязи и осадки
и к мудрости своей
спасительно ты вёл
Что провалилось всё
и жалко и досадно
Тебя Программу
Логос и Закон
и Дух живой
и Истину Идею
тупые превратили
в телеса в огонь
в материю
энергию и волю
Везде всегда
присвоив твоё имя
вещая глупо ложь
вводя вокруг
одни ограниченья
забыв про свет
свободу и любовь
Тебя религии
корыстно извратили
и в скверну
потянули за собой
увидев грех
в твоих твореньях
умысле и слове
и запретив любовь
общение с тобой
сжигали на костре
возлюбленных твоих
Тебе дома тут
словно тюрьмы строя
чтоб заключить туда
поработив Твой Дух
Но скоро всё сожжёшь
жрецы лжецы все воя
пойдут в тартарары
Есть Страшный Суд
он строг
и есть всему свой срок





ГЛАВА 18. ЛЮБОВЬ И АПОКАЛИПСИС



                1

Прикован я к стене
распят
но полон я любви и доброты
Мария-дева хочет меня снять
протягивая руку
и я в ней маму узнаю
в зелёном платье новом
протягиваю руки к ней
дотянуться друг до друга
невозможно
но вдруг приходит чудо
удлиняя руку мамы
Спасительная длинная рука
мне помогла сойти с распятья
и я увидел Бога в голубом
синекожего хозяина вселенной
меня он вывел за руки
на балкон небесный
Внизу все существа
рассудочные твари и народы
требовали чуда и пророка
явления мессии
на планеты ярких духозвёзд
И Бог и Дева просили стать мессией
и только фразу божью
«Вот я пришёл»
молчаньем подтвердить
Но я пришёл из мира лжи
решил что недостоин
мессией быть
и Судный день творить
итак ведь слишком
много лжепророков
Мессией стать
мне не хватило сил

 

                2

“Тогда любовь яви и доброту
и пусть отвержен будешь и осмеян
обманут многократно и сражён
Тебе любовь свою безмерную дарю
и вечно ты в меня влюблённый
спасением судом и испытаньем станешь
для душ
стремящихся в небожительство
и выходящих к свету
в высший горний мир
Останешься любимым мной поэтом
кто знает как соблазн отличен от любви
и жизнь как отличается от смерти
И ропот слёзы и страданья
свидетельством яви



                3

Душа твоя сразит пусть Сатану
эмоции и страсть и ложность красоты
ты вытирая ноги о времена и дни
эпохи изложения и мифы
найдёшь единственные истины пути
а апокалипсис пусть будет без мессии
Из круга наслаждений
чтобы извлечь урок
жизнь превратить
в искусство наказаний
твоим возлюбленным
способности я впрок
и даже гениальность
даю как отпущенье
Но память будет
вечность воскрешать
и охлаждать вам чувства интеллектом
и будут глупость и попса
бессмысленною славой побеждать
большинство творя
циничное тупое
безвкусицей мозги загромождать

                4

И будто бы в последний раз
прошу я о любви вещать
о свободе о судьбе
о воскресении всю правду
чтоб не надеялись
напрасно тупо пошло
в костях и мясе воскресать
на радость псам и свиньям
Всё позволительно
но не всё полезно
всё позволяй
но обладать тобой не дай
Пища для чрева и чрево для пищи
но я уничтожу и то и другое
а соединится-то со мной один дух



                5

Не полагай уверенно
что знаешь о себе
и знаешь ли ты что
как должно это знать
и манией величия
себя не относи
к искусственной
и самозваной знати
И будущее знать
вам точно не дано
на то и будущее
что оно иное
чем полагаешь ты
А истинное знанье
лишь будет от любви
не той телесной
страстно похотливой
а от разумной
в соединенье душ
с животворящим духом



                6

Дары духовные различны
но дух всегда один
ревнуйте о дарах
и вам я их воздам
и гениев и высшие дары
пророчества
душевного блаженства и любви
той  что долго терпит
и в милосердии не мыслит зла
стремится к истине
несчастья переносит
пустые и избитые слова
и день и ночь не произносит
Исчезнет всё
миры пророки языки и знанье
и испарится память ваша
лишь отблеском оставит
к сознанью пониманию любовь
и доброту к даренью блага
как праведности цвет
и совершенства высший смысл



                7

На злое оставаться бы младенцем
умом душой и сердцем
стремясь лишь к совершенству
и истинности толков и поступков
И искренность искрящая любви
восходит к мудрости
как края к вершине ступы
И даже если вдруг допущены грехи
есть право покаяния
и воля не повторять их тупо
так выбор в руслах дан
всему что движется к уму


                8

Есть разные понятия
и сущности различны
есть звёздные миры
энергия и плотные тела
абстракции есть
и живут программы
есть логос абсолют
Единое и дух
есть разум и душа
Посеется тело душевное
воскреснет тело духовное
Первый был создан с душою
последний же станет духом
первые были земными
последние станут небесными
первые из энергии
вторые из знания
третьи из духа
четвёртые в Едином
как грани возвратные
Страх выйти из оболочек
покинув мир вам известный
тормоз в движении к свету
в осадке есть мир иллюзий
Реальность длиннее чем сон
а сон может стать программой
и духом животворящим
творящим иную реальность
в которой рассеется всё
или начнётся сначала



                9

Смерть поглотится победой
выхода смелого к свету
исчезнут земные беды
земное станет небесным
не прежними мы воскреснем
останутся души не все
изменятся  в мир тонкий выйдя
и слившись в вечной любви
будут всегда и везде


               


Рецензии