Простыня из писем-2. В соавторстве с Викой Финиш

В.Ф.
всё пишу и ругаю себя за банальность слога,
за невнятность слов и размытость тем.
всё пытаюсь понять, сколько ещё до бога,
и как оставаться здесь, но при этом совсем
не касаться уже перемолотых истин,
пересмотренных снов,
как избавиться от желания
быть совсем независимым от мыслей 2х-3х людей.
да, максимум трёх.

я-то пишу, а ты, родной, читай иногда украдкой,
когда совсем некуда будет прибиться,
когда придётся жечь спички перед лампадкой,
или плакать, что больше не к кому прислониться,
или когда кто-то включит ночник над твоей кроваткой,
и ты притворишься сонным, чтоб не раскрыться,
или когда станешь думать о жизни несладкой,
ты читай. я пишу, чтобы было тебе чем гордиться.

привыкаешь со временем ко всему,
и к новому дому и к старым рубцам.
кажется, с детства я ждал лишь её одну,
и, увидев, даже не убежал.
кажется, что мечты стали ближе
на миллиард световых лет.
кажется, я только что понял кришну
без разъяснений, и даже оставил след.
зачем нам дают вековые басни,
лучше б учили писать о морях.
кажется, я выбрал одну из самых прекрасных,
ту, чьё имя при мне не говорят.
выйдет так, что останешься самым верным,
а потому в ссадинах и синяках.
кажется, я не самый примерный,
ещё шаг - и хочется убивать.
взять и стать святым или скверным
вот так просто нельзя, но что ждать.
кажется, я лучше других научен
любой перелом переживать.
лучший сейф - это моя голова.
мне её предназначено забивать
алгоритмами и бессмыслицей,
учить-вспоминать-забывать.
чужие стены не защищают,
и поэтому проще дышать.
кажется, я уже привыкаю,
как когда-то привык прощать.

А.П.
...знаешь, а у меня уже нет ничего, кроме вот этой вот предрассветной лирики,
нет на кармане палева, и нет трубки, в которую мог бы его забить:
жизнь всё чаще улыбается мне, словно врач ветеринарной клиники,
прячущий шприц за спиной, которым он хочет меня усыпить;

мы - дворовые псы, а такие не попадают в рай,
чаще - в рецепты корейской кухни, либо же - на арабский вертел:
пока на меня не повесили бантик и не сказали: - Играй!,
я ещё этим людям верил;

и некого просить: "остановите землю, мы сойдём, а?".
белые пятна кончились. границы разума - наш фронтир:
собачья жизнь - это когда нет дома,
а в кармане ключи сразу от двух квартир;

что у меня внутри? - ведает один патологоанатом.
дорога ли жизнь? - посмотрите на счёт, предъявленный неотложкой.
любовь существует? - тогда от неё явно несёт плагиатом.
гори оно синим пламенем под чёрной ложкой.

был бы я чуть глупей, мне неплохо жилось бы здесь,
я был бы, наверное, в андеграунде, т.е., - раскатывал на метро:
незаметно наступила осень. в контексте читай - пиз*ец.
но это всё уже между строк

2012г.