К элене

Золотые монетки, как женские тихие слезы,
Сыплет грустный сентябрь, кружа на осеннем балу.
И слова облетают, как листья с вечерней березы,
Превращая надежды в каминный пожар и золу.

Вихрем милых страстей, колоннадами Летнего сада
Пронестись, грохоча, по мостам удивленной Невы,
И забыться в ночи, где небесный покой и прохлада,
Где горчат расставаньями запахи мертвой листвы.

Скоро здесь забушуют слепые белесые вьюги…
Ты не знаешь России в пушистом январском снегу!
Правит миром Зима, все мы здесь – ее верные слуги;
И ее восхваляем, но, ежась, спешим к очагу.

Чтобы мерзло лишь тело, а в душах пылали поленья,
И взлетали стихи, словно искры их белой трубы;
И в сердцах расцветали в соцветьях святые стремленья,
А не горькие стоны и боль за жестокость судьбы.

Скоро – скоро в Петрополис я налечу листопадом,
У собора, на площади тихо к граниту прильну.
Буду грезить свиданьем, тебя заклинать звездопадом,
Чтоб на миг ты вернулась в былинную нашу страну.

Чтобы снова, любимая, тихо играли свирели,
Город таял бессмыслицей грешной земной суеты,
Чтобы вновь мы склонились у дивной Любви колыбели…
Только все это – сон! И завяли на клумбах цветы.

***