За старое...

У асфальта столько тайн,
у фольги секретов пропасть,
самолётик вертит лопасть
от кленового винта.

Склеит веки долгий век,
поместит главу на блюде,
из известных нам орудий
всех опасней человек.

Всех милее детский смех,
всех приятней штрудель венский,
всех занятней шут вселенский
без затей и без помех.

На меху хамит успех,
но меха вдыхают фугу,
извлекают рыбу фугу
из промоины в песке.

У кольчуги нет врага,
зубы точат на начинку,
восемь лье вздымали спинку
горбоносые луга.

Кочковатость не порок,
лемех плугу пласт конвульсий
сообщит в частящем пульсе,
резво режущий урок.

Телеграф дурной пророк,
сталь иглы дырявит ленту,
предлагает лень, как ренту,
стильно стриженый сурок.

Плотно стиснутый курок
лишь без малого оратор,
где небесный наш куратор
свой припрятал мастерок.

Льнёт к болванке пастижёр,
мнётся престидижитатор,
девять строф жужжит ротатор
желчью брызжущий мажор.


Soundtrack: G. Ohisson, C. M. von Weber, Piano Sonata
No. 1 in C major, op.24 J.138 – 4. Rondo: Presto.