Реставрация Египта...

Тишка кошкам всем наставник,
только вечер схлопнет ставни,
зазывает пассий давних
и недавних на чердак;
дворник дверь замком унизил,
отказал кошачьим в визе,
Тишка Мурок шкурки сблизил
под забором на задах.

Люди хуже псов порою,
те хоть, лапой землю роя,
знать не знают геморроя
в раздвоившемся мозгу;
а от этих нет покоя,
будь ты Оле иль Лукойе,
Баст, да что ж это такое,
дай мне в лапы кочергу.

Вечер тёк, тянулись песни
от Орли до Красной Пресни,
нет покоя, хоть ты тресни,
хоть суставами трещи;
в окнах скопища двулапых
в канотье, чепцах и шляпах,
деток грозди, грозны папы,
прям хвостами трепещи.

Нет, земля тесна двум видам,
нет числа былым обидам,
новых тоже, как мы видим,
приглашают ко двору;
пусть людьё, с судьбой не споря,
унесёт себя от горя,
нелюдимо наше море,
пусть залюдят подобру.

Не хотели по-плохому,
по-хорошему трахому
вставим дворнику Пахому
в глубину нетрезвых глаз;
не поможет ингибитор,
Мурки свяжут тёплый свитер,
даже псов присяжный ритор
громко лает, что не сдаст.

Вот пейзаж post factum битвы,
Баст учла зверьков молитвы,
выбрит взмахом божьей бритвы
обезлюдевший район;
скачут хвостики и ушки,
после стирки и утюжки
Тишка пьёт из круглой кружки,
валерьянов фараон.


Soundtrack: Ella Fitzgerald & Joe Pass, Girl Talk.