Метр. Черт...

 
   Он все время вился вокруг, перебивал, мешал думать...

-- Ну, конечно, нужно пойти в больницу с этой треклятой ногой, сахар этот, чтоб его, сгниет, к черту, вся ступня, -- хромая, Володя подошел к своему подъезду.

-- Это ты мне? Ну и какого Бо тебе в больницу, что давно не мучился, гляди, гляди - пальцы уже отрастают, не успели их того, резануть, а у тебя новые растут, - Черт пустил серию дымных колечек в воздух и снова затянулся.

-- Пошел к черту, Черт, какие пальцы, гниет нога, хуже некуда, и трясет от этого сахара, ослеп что ль, фашист чертов, не кури тут, понял, убью!

-- Я фашист, я? Я про них, как их, я про них божественных только самое-самое, не веришь, так Библию прочитай, никто их больше меня не любит, вот и тебе помогаю, пальцы-то, пальцы-то растут, глянь, носатая морда! - Черт снова затянулся, на этот раз пустив дым прямо в лицо своего подопечного.

-- Ах, так! - хромая, Володя с трудом поднялся на второй этаж, достал черную эмаль и расписал свой старый холодильник фашистской символикой:
-- Вот, тебе, слышь Черт гребаный, вот тебе антисемит хренов, я тебе попою над ухом, я тебе посоветую, угробить меня надумал!



   Евгения Семеновна вернулась с работы поздно, долго открывала ключом дверь, открыв, увидела черный от свастик холодильник, рядом сидел огромный, грязный, обросший Володя, забинтованная ступня-культяпка его кровоточила.

-- Володенька, миленький, сыночек мой, давай, родненький, давай к врачу пойдем, умоляю тебя, давай, вставай, миленький, совсем себя загубишь, -- Евгения Семеновна горько заплакала.

   Володя забеспокоился, душно ему стало,  открыл он было рот, сказать что-то хотел, а Черт-то его, нечисть треклятая, тут как тут, как заверещит, запищит, заорет, закрутится:
-- Сдурела, спятила, не видишь и видеть не желаешь, смотри смотри отрастают они уже, О-Т-Р-А-С-Т-А-Ю-Т...

                июль 6, 2012 г
                елена нижний рейн
                шарлотт, северная каролина