Пятый Google...

Меня загнали в угол, как вообще
быть можно в наши дни загнутым в угол,
теперь сижу в собранье сов и пугал
в себя измявшем траурном плаще.

"Ещё" однажды спарилось с "уже",
поправ спиной закон о чистой крови,
стерпите, не насупливая брови,
разгуливая в коже неглиже.

Изюм освоил полости в корже,
режим печи чем дальше, тем суровей,
перцовый пластырь всех других перцовей,
а из бумаг нежнейшая верже.

Дороже ржи цветистое драже,
условна знать, сословны углеводы,
сродни плохой погоде световоды,
их выводки визжат на рубеже.

А всех сложней варенья реверанс,
а всех важней ромашка в поле диком,
а всех нужней морзянка частым тиком
гвоздик со смыком в гоп и преферанс.

Въезжаем на стреноженном еже,
кровь не пролив ничуть, под неба своды,
бредут сомнамбулы, бомбисты, пешеходы,
ведь переходы в грунт ушли уже.

Периферийным нервам дали шанс
ошибки выправить и прописать описки,
язык мой враг, но враг предельно близкий,
кушеток Фрейда рейдерский фриланс.

Весь Нюрнберг днесь одно сплошное "ню",
для инженю простор, e vivo presto ,
всё тесто треста снесть в сухое место
на утонувшей в луже авеню.

Нюанс мой, детка, анкер, корь, баланс
меж двух огней, коней, теней и стенок,
удавка вены снимет грех с коленок,
сирена воет, мчится амбуланс.

Замки в мозгу не смажу, но сменю,
проушины ошеломив щеколдой,
гримаской одобрительной и гордой
стрельну и все сомненья устраню.

У странника простор родной страны
не оторопь рождает, смертный тремор,
крюки распева выпевает тенор
пространного раденья старины.

Трансфер фертилен, но впадает в транс
по наущенью дирижёра фуга,
я посещаю поминутно Google,
пляшу контрданс, впадаю в декаданс...


Soundtrack: Csaba Onszay & Liszt Ferenc Chamber Orchestra, Luigi Cherubini, Contredance 3.