Приговоренный к расстрелу

…В 1937-38 годах в станице Крымская
начались массовые аресты греков.
Среди арестованных был мой прадед Эспериди К.А.
и его семья - Эспериди Г.А., А.Н., К.Г. и Фолтопуло Г.И.

Приговором для них был расстрел…


I.

…Приговоренный к расстрелу
или пропавший без вести…
Душа задыхается в теле…
Близкие – в неизвестности…

В ржавых оконных решетках – 
солнечные лучи…
Страх тонких перегородок…
Безликие палачи…

Схватила эпоха за горло  –
жертвой несет на алтарь…
Костями усеяв дорогу –
дорогу, ведущую в Рай!

Из этих тисков не вырваться  –
и не вернуться домой.
Родные вспомнятся лица…
Протяжный собачий вой…

В пыльной грязи увязая –
все рвутся надежды нити –
Это – конец… Вы знаете…
но гордо, сурово молчите…

В пугающем вашем молчании –
отзвук погибшей Эллады!
Так страшно – в миг, без прощаний –
увозят вас всех к закату…


II.

…Ни крика, ни жалобы и ни мольбы –
и ничего палачам!
Они не ставят врагам кресты…
Спокойно спят по ночам…

И после очередного расстрела
спешат по домам надежным –
любимым детям петь колыбельные
и целоваться с женами…


III.

…Так погибай, моя Эллада!
Ты погибаешь вдохновенно!
Презревши смерть, богов, тиранов –
ты красотой самозабвенна!

Так погибай, моя Эллада!
Победа жизни – пораженье!
Землей присыпят твои раны…
Шаг в бездну – и преображение!

Так гибни, пропадай невинно!
За свой полет – и прямо в пропасть!
И белоснежность твоих крыльев
окрасит в алый цвет жестокость…

Эллада, в смерти стань свободной!
Но не показывай им слез…
Широт простор и первородность…
Ты вся и есть земная ось…

Ты – предстояние пред Солнцем!
Ты – обреченная на вечность!
И пусть испуганно смеется,
кто рабством душу искалечил…

В твоей погибели – победа!
Уйти – и не просить пощад!
Рывок души сквозь твердость тела…
И не вернуть тебя назад…


IV.

…Роком судьбы жестокой или простой случайностью –
туннели и коридоры, подвалы и подземелья.
Бредете… Дышите сыростью… Молитесь в душах отчаянно…
А черные дыры сжирают дни и недели – время…


Смерть над страной кружила, касаясь избранных крыльями,
и вот пошла на снижение – скоро коснется вас.
Жизнь бьется под темной шинелью… Родное все шепчешь имя.
Быстрее, время, быстрее! Исполните свой приказ!


Уже не добьешься истины и не докажешь правды.
И только родные будут тщетно искать следы.
А после вожди на праздниках примут свои парады,
не помня, что в почву истории
                брошен костями ты!..


V.

1.

…Вы – страшной эпохи дети,
земная вся соль и боль.
Невинные жертвы столетий,
шагнувшие с верой в огонь…

Едва ли раскроются крылья  –
и жизни порвется нить!
Но вы уже обвинители
Дня, когда будут судить…

Приговоренный к расстрелу
коснулся рукою неба…


2.

…но колесо истории
не повернется вспять.
Госпиталь, лепрозорий  –
темные ваши года!..
 
Мелят в муку ваши кости
железные жернова.
В руки Спасителя – гвоздем! –
казнивших, убивших слова…

Арестанты на русской дороге
узрели на миг глаза Бога…   


VI.

…Ночь перед расстрелом…
Зарешеченная луна…
Сны арестованных, пленных…
За все заплатят сполна

невинные, ненужные,
ангелы в черных наручниках,
с жизнью и смертью сдюжившие…
Века звериного мученики…

Брошенные под землю,
расселенные по камерам.
Смерть – это глаз отражение
военного комиссара!..

А им все снятся домашние
– дети, друзья и жены,
надежды их позавчерашние,
судьбы их обреченные…

Солнце взойдет над тюрьмами,
но не согреет стен…
И встретит, кто ночью не умер,
не новый рассвет – расстрел…


VII.

…Тебе ровно тридцать три года…
Виновен ты в том, что есть…
Судьба твоя – их приговором… 
А мог бы остаться здесь…

И дальше петь песни в небо,
потомков учить словам…
Пусть лживо кричат, что не был –
прождет тебя жизнь вдова!..

Но ты уже недосягаем –
сквозь глину братской могилы
вырвался, выскочил в Рай…
Страна твоя – поле минное…

Тебе ровно тридцать три года –
они тебя ищут распять!
Изящность, статность породы…
Неистовый добрый взгляд.

Прочь от судьбы, от смерти!
Ты пулям шагнешь навстречу…
Шинель разорвет на отверстия…
Сырые объятия вечности…


VIII.

…Ты вышел к последней черте…
Взгляд смерти – черное дуло…
Под хохот и свист чертей…
Железо стволов сверкнуло…

Остановилось время…
Раздвинулись грани пространства…
С корнем твое поколение
из почвы цивилизации

вырвано, выкорчевано!
Выстрел – билетом вверх!..
Птица – рывком… Небо черное…
Душа – из-под сомкнутых век…
 

IX.

…Потомок приговоренных,
последователь уничтоженных
хрипит все до боли в ребрах –
Непрочен наш мир! Непрочен…

И где они все захоронены?!
Какими ветрами отпеты?!
Расстрелянные, заколотые  –
вы были на этом свете!

Вы, с гордостью шедшие насмерть,
не опускавшие глаз,
нам, выброшенным на паперть
столетий – куда до вас?!

Искусственны наши жизни!
И воздух весь наш – удушье!
Сердца бесчувственны, мысли…
Суетные слабые души.

Тебя бы не опозорить –
отчаянной, яростной смелости.
Чужую чувствовать горечь…
Жить так, чтобы пелось и пелось…

И не боятся смерти –
 всегда идти до черты!..
Стихию любить как ветер
и в ней избежать пустоты…


X.

…Пылают бессонные страшные мысли,
прощальное плачет письмо в конверте.
Вся наша жизнь –
последний день приговоренного к смерти…