Притча про чужих жен

Ну, почему мы, жён своих ругая,
Считаем, что чужие жёны слаще?
И тихо дифирамбы им  слагаем,
Не ведая причины настоящей.

Не сомневаясь в созданном им мире,
Бог, видя душу в глиняном замесе,
Не одного Адама, не четыре,
А про запас их создал сразу десять.

Создав, на произвол судьбы не бросил,
Но и халяв не дал в пределах Рая,
Вручил он им по нескольку ремёсел,
Что бы трудились, пот с лица стирая.

Жизнь протекала их однообразно –
Работа, сон, потом опять работа
И перспектив не виделось на праздник
Ни в первый день их жизни, ни в трёхсотый.

Так много лет, вовсю трудились чада,
Чем был доволен их Отец Небесный,
Но, всё-таки, случиться было надо
Затосковать им в этой жизни пресной.

И тихий бунт ждать не заставил Бога,
Явились к Господу Адамы всем кагалом,
И молвили: «Мол, не суди нас строго,
Ведь скучно нам на фермах и в бунгало,

Ты каждой твари сотворил по паре,
Скажи, а чем мы этих тварей хуже?
Жена, она обед нам вкусный сварит,
Огонь поддержит, если надо, в стужу,

Согреет нас своей душевной негой
Советом дельным наградит спокойно,
В житейских тяготах нам будет оберегом,
Не уж-то, Господи, того мы не достойны?»

Упрашивать не нужно было дважды
Всевышнего, здесь не во благо споры,
Он дал им глину, что б сварганил каждый
Себе жену по разуму и в пору.

Затем Господь на стол  поставил вазу,
Такую простенькую вазу, с рафинадом,
Проинструктировав Адамов тут же, сразу,
Что с этим рафинадом делать надо:

- Вас десять и кусочков десять тоже,
И дабы сладким был ваш брак и крепким,
Пусть каждый в глину свой кусок положит
И приступает к долгожданной лепке.

Адамы тут же сахар расхватали
И приложили всё своё уменье,
В объёмы бёдер и в размеры талий
Считаясь со своим, сугубо мненьем..

Процесс пошёл? Да что бы вы так жили…
Небесный Гром раздался с ними рядом,
- Одиннадцать кусков Мы положили,
Кто лишний взял, признайтесь дети Ада!?

Бог осерчал, скажу вам, не на шутку,
Ведь первый раз столкнулся он с обманом
И потому отреагировал так чутко,
Решив обманщика лишить небесной манны.

Но, так и не дождавшись покаяний,
По-своему закончил эту драму,
Экспроприировал все десять изваяний,
И перетасовав, вернул Адамам.
 
С тех пор мужчины маются в дилемме,
Считая, что чужая женка слаще,
Такое уж у нас случилось племя –
Мы любим женщин сахарком манящих.

И лишь один Адам кузнец и пахарь
Так с этой тайной до конца и прожил…
Он просто съел одиннадцатый сахар,
А жёны? Жёны все на вкус похожи.