Король поэтов

Наконец-то расселись по местам. Все ближайшие ряды заняты.
Вроде бы все хорошие и правильные люди.
Но в этом оглушительном притаившемся зале
Никто и никогда вам аплодировать не будет.

Да-а! Ну и народец, скажу я вам, эти литераторы.
Кому бы шпильку воткнуть, думает иной, с башкой кудластою.
Вон там, на галерке, крикливые и наглые – новаторы,
А здесь, в партере, с каменными лицами, персоны поважней – классики.

Взлетаешь к звездам! И срезанный дробью бесчувствия, падаешь!
Чем удивишь? Или выдохся? Ну, что – слабо?
А тут еще шум и стук, начнут подходить опоздавшие,
Верлен с сизым носом и запыхавшийся Рембо.

Хватит кривляться дешевкой. И кричи, не кричи –
Все мы выучили азы и знаем наизусть конъюнктуру.
Смотрят хмуро исподлобья, как невыспавшиеся сычи,
Что ты еще там накарябал сдуру?

Мелковато! И надо признаться, новизны ни шиша.
И зачем пришли? Лучше бы дома потягивали водку или виски.
А после стихов стоит гробовая тишина,
Даже слышно как у Батюшкова часы остановились.

Но дай только им волю – и пойдет, е-мое!
Галдят, перебивая друг друга, все беспощадней и строже.
Хватит шуметь, раскаркались, чертово воронье!
Кар-кар-кар. Тоже мне, светочи! Так каждый сегодня может.

Откуда перлам взяться? Мы же не первые на земле живем.
Вы и сами норовили гулять не в саду, а у края пропасти.
Тысячеусто, в мельчайших подробностях, рассказано об этом и о том
И не вами ли все рифмы затерты, обесценены и пропиты?

Ночное небо свои драгоценные звезды не прячет,
Небо рассовывает их по черным окнам и осенним лужам…
Ах, бедный, наивный, неразумный мальчик,
Ну, куда ты, куда ты сунулся и зачем тебе это нужно?

Но опять начинается вакханалия, как только наступит весна
И строчки пульсируют по венам, когтистые и соловьиные.
И любовь измочалена, испохаблена, вылюблена до самого дна,
Что уже пора писать заявление о групповом изнасиловании.

Слишком душно и тесно в русской поэзии! Даже сама Смерть
Устала пропалывать, выдергивая одного за другим без причины.
Кого ты хочешь перещеголять, переусердствовать, пересвистеть?
Вот этих?! Ха! Лучше иди и запишись в балерины.

И снова вымучивают себя в неотвязной полночной думе,
Срывая ногтем сургучовую с сердца печать:
Что бы такое – неслыханное!– сказать, чтобы мир – ополоумел!–
Грохнулся наземь – и от счастья стал смеяться и рыдать?!

Сумасшедшее время требует жить и писать отчаянно,
Гулко гремят стоверстные рвущихся мыслей шаги.
А в двери уже новые самонадеянные пророки стучатся,
Душу рвут с петель и требуют, чтобы их немедленно выслушали!

2011