дезертир

Победы было – хоть хлебайте ложкой!-
В том незабвенном сорок пятом. Летом.
А Парамошка – младший сын Явдошки
Был дезертиром. И скрывался где-то.

Ну, «где-то» это, так сказать, условно.
Все знали, где в лесу его землянка.
И Солоп знал, –НКВД района,-
Для нас он был тогда страшнее танка.

В  неделю раз (не меньше и не больше)
Он приезжал с наганом (для блезира)
И ночевал у нашей почтальонши,
В засаде карауля дезертира.

Та, говорят, любила Парамошку
И у властей считалась виноватой:
Как-будто не вручила понарошку
Ему повестку из военкомата.

А на район, на служащую сферу,
Пришли американские посылки.
Ботинки сорок пятого размера
Достались нам. И "Виски", две бутылки.

К ботинкам мама помочи пришила,
И я пошел в них в первый класс учится.
Вся школа их пощупать приходила,
Поцокать языком и удивиться.

Всё было в них красиво: кожа, пряжки,
Шнурки, крючки, печати и подковки!
Я их от пыли протирал фуражкой
И на ночь ставил просушить в духовке.

А вот Явдошка маму изводила:
«Они ему – как хомуты на муху!»
И променять настойчиво просила
На кукурузу или на макуху.

Октябрь стоял: то слякоть, то пороша,
И их судьба решилась очень просто:
Я заболел и добрая Явдошка
За них дала нам курицу и проса.

А Солопа жена в райком примчала
Дать жалобу на почтальоншу с мужем.
И на бюро решили, чтоб кончал он
Свои поездки. Или будет хуже.

И Солоп кончил. И довольно скоро…
Седьмого ноября отметить веху
На митинг мы собрались у конторы
И секретарь райкома к нам приехал.

Он зачитал «Указ о присвоеньи»
Явдошкиному старшему – Ивану.
Вручил Звезду ей. И для настроенья…
Но не успели  выпить по стакану.

Полуторка вблизи остановилась,
Солдаты задний борт открыли прытко…
И гордый Солоп из  кабины вылез:
«Пришлось его прихлопнуть… При попытке.»

Все сплющились! Упала почтальонша.
Явдошка взвыла: «Новая пропажа!
Он так боялся крови… Парамошка…
Он петуха не мог зарезать даже.»

Я плакал. Я узнал свои ботинки,
Оставленные без любви и ласки…
А Солоп постучал по ранту финкой:
«Допрыгался! Шпион американский!»

Солдаты уловили с полувзгляда,
Ботинки сняв, отдали командиру.
Должна же быть какая-то награда
Тому, кто обезвредил дезертира!

Беднягу хоронили всей деревней.
А на кресте, смирившемся с пропажей,
Звезда сияла золотом забвенья
И котелок немеркнущею сажей.
                Март 2012г.