У клена

Построил дом и вырастил детей.
Сажал деревья, но, видать, не те.
Жена ушла к соседу, он моложе.
Теперь тоска, как щука, сердце гложет.
Менял он женщин, мстя и ненавидя,
И, впереди просвета уж не видя,
Запил, то выходя, то погружаясь…
Летели годы, череп обнажая.
Он стал похож на облетевший клен,
Но был пока как будто бы силен,
Не шаркал, челюсть на ночь не снимал.
Но принимал. До сини принимал!

Однажды на снегу чуть не замерз,
А спас его каким-то чудом пес,
Который стал лизать, тянуть и выть –
Вот и пришлось опять глаза открыть.
Зарок себе он дал, что никогда
Не победит бесовская вода.
Стал в храм ходить, и как-то при свечах
Явилась Дева с жалостью в очах:
«Найди опору, встань наверняка!
И жизнь твоя не будет так горька.
А душу чтоб быстрее излечить,
Кого-нибудь ты должен приручить!»

Котенка взял домой он и щенка,
Возился, как с детьми, не пил пока.
Но вновь тоска накрыла с головой,
Ничто не помогло, хоть волком вой!
Одна соседка, видя эти муки,
Сказала; «Чтобы взял себя ты в руки,
Могу я дать один совет простой –
Ты рядом с кленом хоть чуть-чуть постой!
Тоску сменив, уверенность придет –
И рана в сердце быстро зарастет.
А исцелишься, ты тогда кленок
Свой во дворе посадишь в уголок».

Стоял у клена он совсем без сил
И об одном лишь у него просил,
Чтоб радость жизни возвратилась вновь,
Коль не дано опять познать любовь.
Закрыл глаза, всю жизнь в миг пробежал
И слез скупых, конечно, не сдержал,
Но сразу потеплело на душе,
И позабыл своих он алкашей.
Друзей там нет! Готовы на словах
Они на все, но только черта с два!
Пить не на что – исчезнут навсегда,
Но это полбеды, а не беда.
Подставить могут – глазом не моргнешь,
А уж в тюрьме за них баланду пьешь.
Посадят на наркотики иль в прах
Все проиграешь им. Там жизнь – игра!
Есть друг один теперь – вот этот клен,
Он не предаст тебя за миллион,
Плечо свое подставит он всегда,
Коль новая привяжется беда!