Viva Kalman!

Рвитесь связки и подвязки!
Музыкант, а ну-ка вдарь!
Наслаждайся моей пляской,
Благородный государь!

Я, пустой бездушный комик,
Размалёванный паяц,
Насмешу тебя до колик!
Начинаю свой рассказ!

Жил рыбак в таком-то  месте,
(там осталась лишь зола).
У него была невеста -
Раскрасавица была!

Её шей лебединой
Восхищались стар и млад,
Говорят, была ундиной -
Знала множество баллад,

Пела песни на рассвете
Мужу нежно у реки,
Набивая полны сети
Сельди, стерляди, трески.

На её волшебный голос
Как-то выбежал... король!
Был он стар, да и не холост,
И горбатый, словно тролль.

И сразил его картечью
Шёлк волос. И губ коралл.
Эта шея, эти плечи.
Он застыл. И возжелал.

Глядя глазом голубиным,
Белогривых скакунов,
Злато, серебро, рубины,
Он сулил ей за любовь.

Он манил её престижем,
Умолял и угрожал,
Под конец, совсем скатившись,
Он усох до шантажа.

Но рыбак был не из робких,
Был он пылок, скажем так,
Дал он пенделя под жопку
(а точнее, под пердак)

Его царскому величью,
Предлагавшему мошну
За добро его мужичье,
За любимую жену.

Трое суток наш владыка,
Лёд прикладывал к очку,
И, как острою аджику,
Ел обиду и тоску.

Говорят, что гром не грянет,
Пока тучу не проткнут.
Царь сказал: "Не хочешь пряник-
Получи, сучоныш, кнут!

Я - король! Я перст господен!
Власть, закон и всем судья!
И коль спор наш безысходен:
Всё спалить! Спалить к *х*у*ям

Все рыбацкие халупы
От реки - до тех полей!
Со скотом и с людом глупым!
Всю деревню - до углей!

А девицу-синеглазку,
Несговорчивую *б*л*я*дь,
Нарядить в чулки, подвязки
И заставить танцевать

На столе, под страхом казни
Мужа (пух ему земля)!
Пусть устроит дивный праздник
Для владыки-короля!

Пусть сверкает зад упругий,
Выпадая из белья!
А потом - пустить по кругу!
Ну, конечно, первый - я!"

Но не страшно юной деве,
Что раздета догола:
У неё сюрприз во чреве -
Восемь лезвий и игла!

Лейся, песня! Рвитесь связки!
Музыкант, а ну-ка вдарь!
Наслаждайся моей пляской,
Благородный государь!