Первобытная осень блуждает по снегу...

Первобытная осень блуждает по снегу
Омытому кровью лукавого лета,
Весна побредёт по застывшему следу
И в латаном небе сольётся кометой.

Безумные дети распахнутых улиц
Рисуют на стенах моих одиночеств
Похабщину будней, привычно ссутулясь,
Под тяжестью сотканных ими пророчеств.

Ленясь опознать полинявшее тело,
Гниющее в нами открытых подвалах,
Мы скажем, что это не наше дело
И, перекрестившись, посмотрим устало.

Не мы ли гниём в опустевшей вселенной
И плавим мозги электрической плитки,
Нас топят – не тонем, всплываем поленом
И ищем в помоях заморские слитки?

Немой сумасшедший с разорванным смыслом,
Висящим на шее могильным крестом,
Слагает в уме безобразные числа,
Виляющие непослушным хвостом.

Деревьев упрямая вязь бьёт по горлу,
И точит нутро несговорчивый червь,
Я дни эти в памяти начисто стёрла
И бросила жрать ненасытности стерв.

Безумие неба, что громко хохочет
В лицо утомленной от фальши земли,
Черкнёт на пергаменте несколько строчек
Из тех разговоров, что люди вели.

Сейчас и не вспомнишь, когда это было,
И, что это - люди – исчезнувший вид?
И солнце устанет… Набраться бы силы
Набросить на стих незатейливый бит.

Когда все уснут, мы останемся, может,
А может и сгинем бурлящей волной,
А небо всё крошит, смеётся и крошит,
Сливаясь с развёрнутой внутрь синевой.

2006