May be never

Ни в чем меня не винят, окромя не любви к тем,
Кто предал однажды - прощения нет, увы,
Но это не значит, что не люблю я тех персонажей
Жизни настолько грязной бывшей и падшей:

Они не меняются и не изменятся точно,
Несмотря ни на ночи с ними,
Ни разговоры о дочери,
Я снова в чернила макаю перо плакатное,
Чтоб написать перед сном, чтобы не плакать, (ведь это гадко)
И возможно, уснуть.

Я со стеной говорю, а она не отвечает - грусть.
И, блять, как же трудно порой дышааать!
Мне щемит настолько грудь, что не поорать, ни поскулить.
За баранку жизни сел порулить - разбил,
Звездой ломанулся в небо, чтоб спрятаться.

Ничем я не болен, друзья, окромя своей верности,
В таблицах, решетках и клетках
Лишился я девственности. (как давно? -двадва. просто сердце мое - её)
Но это не значит, что стих мой - к бунту призыв: "На копье!".

Блять, как же трудно порой дышааать!
В легких ком-сгусток с валун, кажись, Стоунхенджа.
И позывы рвотные вызывает безысходность, а жаль,
Хоть с не я на равных. В лепрозориях смутного детства.
Беру карандаш вновь угольный и пишу на стенах-
I don`t know. May be never.